Сквозь слёзы смотрю на экран мобильника, на котором светится имя Максима, и протягиваю телефон Игорю. Он нажимает на кнопку сбоку и экран гаснет. Как и моя надежда на спасение от этого чудовища.

Максим… поверишь ли ты, что я действительно могла сбежать? Поверишь ли, что не люблю тебя? Оставишь ли попытки отыскать нас?

— Вот он заходит. Обнимает её. Она улыбается. Машет дочери... — Астахов проводит ручкой по экрану. — Они уходят вместе. Ничего не указывает на то, что он ей угрожал.

— Блт, это бред, Серёг. Полный бред!

Мы уже в сотый раз просматриваем видео с камер наблюдения из детского клуба. И вообще со всех камер, которые удалось найти поблизости.

— Она не могла сама пойти. У него наверняка оружие. Посмотри, как он близко к ней стоит. И вот тут, видишь, — указываю на момент, когда Аня заводит руку за спину и несколько раз сжимает пальцы. — Она пытается подать сигнал, что в опасности.

— Я не пытаюсь ни в чём её обвинять, просто обдумываю все варианты. Когда баба возвращается к своему бывшему ублюдку — это не редкость. Ты уверен, что она не могла сама вернуться?

— Уверен, — твёрдо цежу сквозь зубы. — И ты слышал, как звучал её голос по телефону? Она плакала. Старалась говорить ровно, но дрожь не сумела подавить до конца. Чёрт, Серёг, ты видел её вчера. Ты слышал, как она хочет получить развод.

Астахов хмуро кивает.

— А сегодня как раз иск попал в суд. Слишком крутое совпадение. Этот мудак вышел из себя, так как понял, что проигрывает.

— Как твой охранник умудрился оставить их? Он отходить не должен был! — рычит Серёга, откинувшись на спинку кресла и тяжело вздохнув.

— Савелий уже по херам проехался. Смысл сейчас об этом думать? Он вернулся, а Ани нет. На звонки не отвечает. И администратор ни её, ни Ксюшу найти не мог. Савва отзвонился мне сразу. На данный момент прошло больше двух часов с момента, как он в последний раз её видел. И заметь, — я снова возвращаюсь к записям и включаю другую. — Их след очень удобно обрывается, когда они сворачивают на улицу, где нет камер и магазинов. Если она ушла сама, то почему они просто не вышли на парковку и не уехали на его машине? И после моего последнего звонка телефон Ани недоступен.

— Ладно, — выдыхает Астахов. — Значит, нужно успеть найти их до того, как он успеет выехать за пределы области. Если бы мы засекли машину, на которой он их увёз, то было бы проще.

— Он наверняка поменяет тачку.

— Но куда ехал, можно было бы отследить. Сейчас пытаемся вычислить, откуда шёл последний сигнал с телефона. Родители тоже на допросе.

— Я сам к ним пойду.

— Двинулся? Ты лично замешан. Лучше не рискуй. Эмоции — это лишнее сейчас. Особенно, учитывая то, что было в твоём прошлом.

— Учитывая то, что было в моём прошлом, я не собираюсь сидеть на месте и ждать.