Три дня мы практически не разговаривали, видясь изредка в столовой. Он не приходил в мою спальню, а я не хотела выходить из замкнутого пространства, которое на эти три дня стало личным.

- Затем, что я хочу вернуться в свою обычную жизнь и забыть весь этот кошмар, - спокойно ответила, закидывая последнюю кофточку в сумку.

- Послушай, Герман, - я повернулась лицом к мужчине. – Давай не будем начинать.

- Просто объясни, - в его голосе слышалось безразличие, но я-то прекрасно знала, что это не так.

  Да, у меня сейчас в башке полный сумбур, но то недолгое время, что мы провели с Германом под одной крышей, я вспомнила. Со всеми подробностями. Психиатр мне объяснил, что наша новая встреча с Полонским дала сбой в моих мозгах. А близость усугубила этот сбой. Ну и три дня я не принимала таблетки, которые мне дал Андрей.

  Вот и начали всплывать обрывки воспоминаний…

  Тот год, что эти умники ставили надо мной эксперименты, я уже не вспомню, да и нужно ли мне это? Они внушали то, что хотели, издевались, придумывая мне легенду. В общем…

- Я не могу стать прежней, - печально вздохнула, не отводя взгляда от Германа. – У меня не получится.

- И не надо, - он оперся о дверной косяк и сложил руки на груди. – Ты такой мне нравишься больше, - даже усмехнулся, только вот мне не до шуток.

- Я еще четыре года назад тебя об этом предупреждал, - и снова твердый взгляд, а также стальной голос. – Но ведь что-то ты во мне нашла.

  Это сложно объяснить, да и стоит ли пытаться? Для начала нужно собрать себя по кусочкам – снова вздохнуть полной грудью. Вернуться в тот мир, к которому я привыкла. Возможно, позже я и смогу ответить на все его вопросы, но пока лишь помотала головой из стороны в сторону.

- Дело не в том, что я считала тебя виноватым, - я сделал глубокий вздох, а затем резкий выдох, собираясь с мыслями. – Если бы не киллер, ты бы заставил меня сделать аборт.

- И плевать тебе на мои уговоры, - я перебила, не желая слушать его оправданья.

  Тогда он все сказал.

  Сейчас просто пытается меня остановить.

- Я растерялся сначала, - Герман оторвался от дверного косяка и сделал шаг вперед, засовывая на ходу руки в карманы. – В моем положении ребенок был… как бы тебе поточнее сказать…

- Обузой, - закончила я вместо него.

- Скорее, самым больным местом, - Герман проигнорировал мою язвительность, снова делая очередной шаг. – Ты тоже была больным местом.

- Круто! – я развела руками в разные стороны, но Полонский снова проигнорировал.

- Посмотри на себя, - усмехнулся, все так же не отводя взгляда. – До чего тебя довели, - сделал паузу, а я в ответ смотрела ему в глаза. – Из-за меня, кстати. Вольский прислал тебя сюда, потому что хирург хотел бабок. Наш любимый друг Сережа пообещал, что если все выгорит, то даст денег этому придурку на открытие собственной клиники.