Вы уже, наверное, за это время успели покорить весь Лондон и заставить его ползать перед вами на коленях.

Она покачала головой и с легким юмором возразила:

— Нет, я сама ползала на коленях — мыла полы и лестницы.

— Что? — вскрикнул он, пораженный и огорченный. — Неужели вы занимались такой работой?

— Я тяжелой работы не боюсь, — сказала Мэри спокойно. — Она мне была полезна: не оставляла времени думать о моих несчастьях.

— Вы не созданы для такой работы, — возразил с упреком Ренвик. — Это возмутительно! С вашей стороны было очень дурно убежать отсюда тайком. Мы могли бы найти для вас более подходящее занятие.

— Мне тогда хотелось уйти от всего, — пояснила она грустно. — И ничьей помощи я не хотела.

— Ну смотрите, больше так не поступайте, — отозвался Ренвик с некоторой суровостью. — Опять умчитесь, не простившись со мной?

— Нет, — обещала Мэри кротко.

Он невольно улыбнулся ее покорному виду и, жестом попросив ее сесть, придвинул низенькое кресло вплотную к ней и сказал:

— Я совсем забыл о правилах вежливости и заставил вас так долго стоять, но, право, мисс Мэри, ваше появление было такой неожиданностью, — и такой приятной неожиданностью! Вы должны меня извинить.

Затем, помолчав, спросил:

— Получили мои письма? Они, верно, были вам неприятны, потому что напомнили об этом городе, да?

Мэри покачала головой.

— Я очень вам благодарна за них. Если бы вы не написали, я бы никогда не узнала о смерти мамы. Эти письма привели меня обратно сюда.

Он посмотрел на нее долгим взглядом.

— Я знал, что вы еще вернетесь сюда. Чувствовал это… Но скажите, что именно заставило вас приехать?

— Несси. Моя сестра, — ответила она медленно. — Дома у нас ужасная обстановка, и она страдала.

Я ей нужна — вот я и вернулась. И к вам я пришла сегодня, чтобы поговорить о ней. Это очень бесцеремонно с моей стороны после того, как вы уже столько для меня сделали. Простите меня! Но мне нужна помощь.

— Скажите, чем я могу вам помочь, и я это сделаю, — воскликнул доктор. — Разве Несси больна?

— Не то чтобы больна, — замялась Мэри. — Но она меня почему-то беспокоит. Она так нервна, легко приходит в возбуждение. То смеется, то плачет, и так похудела! Ест она очень мало. Все это меня тревожит, но, собственно, пришла я не из-за этого…

Она немного помолчала, собираясь с духом, потом решительно продолжала:

— Все дело тут в отце.

Он обращается с ней так странно… Он ее не обижает, нет, но заставляет заниматься сверх сил, все время, не только в школе, но и дома все вечера напролет. Запирает ее одну в комнате и приказывает зубрить для того, чтобы она выдержала экзамены лучше всех и получила стипендию Лэтта. Он крепко вбил это себе в голову. Несси говорит, что он твердит ей об этом постоянно, грозит ей всякими наказаниями, если она провалится.