— Богдану, небось, страшно, когда ты их надеваешь…

Крепко обнимая, Родион ведет меня к ВИП-зоне клуба. «Пантера» сегодня закрыта для посторонних. Здесь собрались только свои: Алиса с Павликом, Марина с Мишей, Приор с женой, Юра Феднищев с Катериной… И, конечно, жених и невеста — наш Люк и Тамара, его избранница.

Петька — моя профессиональная гордость. Из лежащей неподвижно колоды Бессонов постепенно превратился в здорового мужика. Он, конечно, еще ходит с палочкой. Но ходит, мать вашу! Ходит! Хотя врачи не давали ему ни шанса.

— Моя фея пришла! — горланит Люк с другого конца зала. — Можем начинать. Кричите «горько», друзья!

— А знаешь какой завтра день? — шепчу на ухо Родиону.

Он сразу понимает, о чем речь и, сграбастав меня в охапку, пыхтит довольно:

— Предлагаю это отметить, чижик, — жарко шепчет мне в ухо. — Сразу после танца уходим.

— Как-то неудобно, — сомневаюсь я, — но мне нравится ваша идея.

— Хорошо, — довольно кивает муж, — полчаса на все про все. И валим, Маечка…

Но сразу уйти не удается. Свадебная суета сменяется безудержными танцами. И когда через два часа мы оказываемся одни в кабинете мужа, Родион уверенно расстегивает на мне платье и очень нежно прокладывает дорожку поцелуев. Его губы скользят по шее, потом по ключице, спускаются ниже…

— Зря я тогда твоему брату люлей навешал. Два зуба выбил… Он их и не вставил до сих пор. Денеф у нефо неф, — гримасничая, сокрушается муж. Укладывает ладонь мне на живот и замечает серьезно: — Если так разобраться, только благодаря его афере мы познакомились и поженились…

— Алиса могла бы нас свести…

— Ага, — соглашается Родион, снова целуя меня, — но наша встреча состоялась только из-за козней твоего брата. Хоть что-то полезное в жизни сделал крысеныш. Завтра ему подарок отправлю…

— Какой? — настораживаюсь я и, отпрянув, внимательно смотрю на мужа. Замечаю ехидную смешинку в его глазах. Тянусь к нему с поцелуем и немного позже, выровняв дыхание, повторяю вопрос: — Какой подарок, Родичка?

— Пакет фундука и сухарики!