Может, причина во мне?

В сумке снова пиликает сотовый. Я не глядя выключаю его — сейчас не время для разговоров, и все равно скоро взлетать.

«Только бы не расплакаться», — снова вздыхаю, жалея себя, и сквозь слезы наблюдаю, как один за другим взмывают в небо самолеты. На улице быстро темнеет, да и легкий дождь оставляет на стекле мелкие косые капли.

«Не реви», — приказываю себе и стараюсь отвлечься от мыслей о Родионе Веприцком. И чувствуя, как меня накрывает с головой, тянусь дрожащими пальцами к чашке и начинаю отхлебывать холодную жижу мелкими неторопливыми глотками.

«Забудь о нем, забудь, — рычит кофейная машина за моей спиной. — Он не любит тебя», — вторят ей двигатели самолета.

— Наверное, вы правы, — кисло усмехаюсь я в ответ.

А как только объявляют посадку, одной из первых иду в самолет по гофрированному переходному рукаву.

Положив затылок на высокое изголовье, укутываюсь в выданный стюардессой плед и закрываю глаза. «Ну, вот и все. Сейчас взлетим, посплю немного, а потом с ясной головой придумаю, как быть дальше. Помощь Рокси, конечно, хорошо, но нужно иметь и запасной вариант».

Под гул голосов я перебираю знакомых в Нью-Йорке и Бостоне. Джим Сайтон — адвокат по семейному праву… Джоан Рейн — кажется, до сих пор работает с сенатором Броуди.

Нужно позвонить им обоим. Напроситься на встречу. Может, хоть советом помогут. А Родион… Сдерживаю глухой стон отчаяния и тут же слышу знакомый голос.

«Поздравляю! Ты сошла с ума, — не разлепляя век, думаю я. — То он тебе за колоннами мерещится, то в самолете разговаривает. Открой глаза, Майя, посмотри на людей и успокойся, наконец!»

Где-то рядом звонит телефон. Стандартный рингтон отдает болью в груди. Именно эта мелодия установлена у Вепря. Смогу ли я спокойно реагировать на нее и не вспоминать о муже? Сомневаюсь.

— Да, сейчас, — бурчит кто-то, плюхнувшись рядом. Голос с хрипотцой. Такой родной и знакомый. И эту хрипотцу ни с чем не спутаешь.

В безграничном изумлении я распахиваю глаза и оторопело смотрю на мужчину в соседнем кресле.

— Ты?! — открываю я рот и забываю захлопнуть челюсть.

— Она здесь, — как ни в чем не бывало улыбается он и передает мне трубку. — Алиска до тебя дозвониться не может. Нервничает. А у нее, между прочим, важные новости, — буднично заявляет Веприцкий и передает мне свой айфон.

— Алло, — сипло бубню в трубку и наблюдаю, как совершенно спокойно муж удобнее усаживается в кресле. — Что случилось, Лисеныш?

— Ты нашлась, — вздыхает Алиса. — А это самое главное…

— Просим отключить мобильные устройства, — предупреждает пассажиров механический голос.

— Алиса, — тороплю я. — Говори скорее.

— У меня будет ребенок! — радостно восклицает подружка. — Постарайся вернуться живой и невредимой.