Никогда не буду жить под одной крышей с изменником. Мне уже одного хватило, больше не нужно. Довольно.

Для себя уже все решила, хотя внутри клокочет от чувства обиды на ситуацию. Никак не могу с этим смириться.

Даже угрызения совести не могли перекрыть моей досады. Собственные мысли очень удручали. Нужно срочно прощаться и уезжать домой. Не знаю, как я буду объяснять свои действия, но тянуть больше не стоит.

— Спасибо вам большое за гостеприимство и советы, — произношу от всего сердца, уже находясь возле двери. — Обязательно приезжайте к нам в гости, я буду рада вас видеть.

— Обнимаю мужчину в знак благодарности. Он очень добрый и хороший человек. Если бы не его советы и помощь, не знаю, что бы сейчас делала. Наверное, сидела бы в лесу и рыдала.

— Обязательно. И тебе спасибо, что помогла скоротать одинокому старику вечер, — произносит с ухмылкой.

— Да какой вы старик, еще фору молодым дадите. — Отшучиваюсь и ступаю к машине. — Всего доброго!

— До встречи, Анфиса. — Провожает он взглядом и машет рукой.

Сердце громко бухало, выскакивало из груди, и, казалось, именно сейчас пробьет дыру в грудной клетке.

Я уверенными шагами иду в родительский дом. Водитель Антона Геннадьевича высадил меня в трехстах метрах от территории. На всякий случай, чистая предосторожность от лишних вопросов.

Обнимаю себя руками и несмело прохожу внутрь дома.

Настолько виноватой за всю свою короткую жизнь я себя еще не чувствовала. Сейчас, словно нашкодивший котенок, вся трясусь.

На пути мне пока никто не встречается.

Облегченно выдыхаю и плюхаюсь устало на диван в гостиной. Уже ни о чем не думая, я не слышала никаких звуков. Меня окружает только одно — ничем не нарушаемая тишина в доме.

Она расслабляет. Окутывает в свои цепкие объятия и заставляет выкинуть все тревожные мысли из головы. Сейчас хорошо. Не хочу думать, куда все подевались. Это не важно. Хочу побыть одна. Устала.

Я хожу по тонкому льду. Хочется все забыть и просто отпустить ситуацию. Каждый раз думаю об этом и соглашаюсь, а потом…

Снова паника и спутанные мысли.

Хлопаю пару раз в ладоши, и свет в комнате гаснет.

Положив руку под голову, удобно устраиваюсь на мягком ложе и пытаюсь погрузиться в миры грез, но мне этого не дают.

Гулкие шаги и взволнованные мужские голоса раздаются со стороны лестницы.

Распахиваю глаза и настороженно прислушиваюсь. Может, мне показалось?

Хлопок и по глазам бьет очень яркий свет.

— Явилась, значит! — Звучит издевательский тон где-то в стороне. Раздраженно жмурюсь от неожиданной перемены освещения и приподнимаюсь, чтобы сесть.

Перед глазами плывет. Всего несколько мгновений, а после я отчетливо вижу одну фигуру, грозно нависшую надо мной, как самая настоящие скала. Взгляд мечется от отца к полу и обратно.