Не жаден, это факт!

То ли майор рассказал командиру полка Алексееву, то ли другие нашлись, но через несколько дней, обходя егерей на утреннем построении, подполковник остановился напротив Алексея. Ошибиться нельзя – он правофланговый первой роты первого батальона, поскольку самый высокий. Мундир, хотя и подбирали долго, казался коротковатым, особенно рукава.

– Егерь Алексей Терехин!

– Говорят, ты горазд в стрельбе?

– Со стороны виднее.

– Скромность человека украшает, но богаче не делает. Всем разойтись, офицерам начать занятия. А ты, Терехин, со своим унтер-офицером – на стрельбище.

Алексей мысленно чертыхнулся. Вот зачем надо было демонстрировать свое умение? На стрельбище дистанции отсчитаны и обозначены – 100, 300 и 500 шагов.

– Заряжай! – скомандовал Углов.

Гладкоствольное ружье заряжается быстро. Надкусил бумажный заряд, высыпал в ствол, туда же загнал шомполом бумажный пыж, потом опустил круглую пулю и снова пыж, иначе пуля может выкатиться из ствола. На полку кремневого замка подсыпал мелкого пороха, и ружье к выстрелу готово.

В винтовальные ружья засыпается порох, потом молоточком через шомпол загоняется пуля. Идет туго, потому как свинец врезается в нарезы. Сильно бить нельзя – удары частые, не в полную силу, иначе пуля деформируется и после выстрела полетит неизвестно куда. Потом уже подсыпается порох на полку замка. По времени получается в три раза медленнее, чем зарядить гладкоствольное.

Штуцер – для стрельбы по одиночным и удаленным целям, а гладкоствольное ружье вполне сгодится по приближающейся вражеской шеренге или наступающей коннице. Не во всадника, так в коня попадешь. Всадник силен скоростью, массой коня, который подобен тарану. Сначала всадник действует пикой, потом берется за саблю или шашку. А лиши его коня – и получается слабый пехотинец. Пикой действовать неудобно, саблей – так еще добежать до врага надо, а у него ружье.

Унтер Углов сам сходил на первую отметку, кувшин поставил. Алексей усмехнулся. Ежели все егеря будут по кувшинам стрелять, так их в городе и не останется.

Подошел командир полка с несколькими штабными офицерами. К нему с докладом подбежал Углов, доложил, что егерь Терехин к стрельбе готов.

– Ну-ка, удиви, братец! – сказал Алексеев.

Алексей вскинул штуцер, прицелился, задержал дыхание, нажал спуск. Офицеры благоразумно стояли немного в стороне. Так после выстрела лучше видно попадание. Если стоять рядом, несколько секунд надо ждать, пока рассеется черное облако дыма. Да и частички пороха могут на мундир попасть. Офицеры сразу шумно выразили одобрение результатом:

Кто-то из офицеров дал Углову пустой зеленый штоф из-под вина.

– Поставь на двести шагов.

Двести шагов – это сто метров. Сам штоф едва виден.