Именно они и лежали теперь на кровати.

Закатное солнце освещало их во всем их старомодном величии. Последние лучи проникали сквозь узкое оконце прямо под высоким потолком ее комнаты. Ту выгородили из кухни старинного семейного дома, который новый хозяин поделил на десятки каморок под сдачу.

Впрочем, жизнь в этом подвале на Джеррард-стрит имела и неожиданные преимущества. Вниз не проникал шум людского муравейника жильцов. В холод она топила, и ее согревал большой очаг бывшей кухни, а на оштукатуренных стенах никогда не выступала сырость. Единственная в здании ванна, которой пользовался весь дом, была в смежной комнате. Она слышала, как сейчас там кто-то хлопает дверью на задний двор: носит воду из старого колодца. Обитая в подвале, мыться она могла в удобное для нее время.

Жилье она могла позволить себе и получше, но не видела смысла тратиться. Комната с кроватью и очагом ее удовлетворяла, а деньги она могла копить. В один прекрасный день она, возможно, даже осуществит мечту перебраться в Америку, где никто никогда не узнает о ее прошлом.

Однако прежде надо сделать все, что требуется, для матери и не угодить за решетку. Она решила, что это в последний раз. Малейший просчет – и придуманный ею план обойдется Аманде дороже нечистой совести и энной суммы. С этой опасной игрой надо заканчивать.

Впрочем, сейчас о плохом думать нельзя, иначе и начинать незачем. Ее дерзкий план требовал отваги. Мысли о возможной неудаче обрекут дело на провал.

Напевая под нос, она положила на платья самую дорогую из сегодняшних покупок, белую маску. Та закрывала бо́льшую часть лица, оставляя открытыми только глаза, нос, рот и подбородок. Оставалось выбрать платье.

В этом наряде она может предстать французской аристократкой предреволюционной поры. Надо бы побольше украшений, но у нее нет времени их спарывать и перешивать. Она решила, что в розовом платье, если убрать верхнюю юбку и кружева на манжетах, она сойдет за простую пастушку.

– Аманда, слышу, ты тут поешь. Мне можно войти?

Ход ее мысли прервал голос Кэтрин, заглушенный стеной смежной ванной.

– Хочешь согреть воду для ванны?

Кэтрин жила в комнате наверху. Воздух там получше, но Аманде не хотелось бы по нескольку раз в день взбираться по этой лестнице.

Дверь открылась, и Кэтрин внесла два ведра воды. Рыжие кудри подпрыгивали в такт неловкой походке.

– Незаконно оставлять ванну без угля. Он хочет, чтоб мы мылись ключевой водой?

Она поставила ведра на плиту. Аманда подошла и подбросила немного угля.

– Что это? – спросила Кэтрин, взглянув на две меловые отметки на голом деревянном полу.

– Захотела купить сундук, который увидела в магазине мистера Кэрью, и проверяла, встанет ли.

О как легко она соврала. Этот навык не забылся. Она надеялась, что и другие тоже.