Но потом, не найдя в себе сил для этого, я внутренне собралась и с безразличным видом пошла вперед, словно бы лучше других понимала, что и когда следует надевать и как себя вести. И те же мальчики, которые только что с двусмысленными ухмылками поглядывали на меня, побросали своих партнерш и кинулись приглашать на танец меня. Впервые в жизни вокруг меня было столько кавалеров, сколько не увивалось и за Фанни. Не успела я понять, что происходит, как очутилась в руках долговязого рыжеволосого парня, чем-то похожего на Тома.

— Я терпеть не могу эти глупые танцевальные вечера, — пыхтел он, норовя прижать меня к себе покрепче.

 — Но ты, крошка, внесла в эту скуку приятное оживление.

Дело было, конечно, не во мне, а в моем малиновом платье. Фанни визжала бы от восторга, если бы увидела его. Да она бы просто накинулась на меня и отняла платье силой. Средневековая аристократия считала, что в красные платья одеваются только уличные девки. Красный цвет ассоциируется и теперь с женщинами свободного поведения, это цвет страсти, похоти, цвет насилия и крови. Вот почему мне пришлось собрать все свои силы, чтобы сдержать напор молодых самцов, рвущихся получить низменное наслаждение, потеревшись об меня.

Я переходила от одного партнера к другому из рук в руки, ловя на себе быстрые взгляды других девочек. Вся усыпанная блестками и серпантином, задыхающаяся, злая и измученная, с волосами, рассыпавшимися по плечам. Я уже едва держалась на ногах, но мне не давали даже перевести дух.

— Отпустите меня! — пыталась я перекричать громкую музыку и, оттолкнув очередного партнера, пошатываясь направилась к диванчику возле столика с чаем и пирожными. Юноши тотчас же окружили меня и принялись угощать бутербродами, тарталетками и фруктовым пуншем, от которого у меня закружилась голова.

Я успела проглотить лишь два тонюсеньких бутерброда, и меня вновь вытащили на середину зала. Я заметила, что все двадцать девочек, удостоенные чести участвовать в танцевальном вечере, постоянно наблюдают за мной. Но что это за странный блеск в их глазах? Что за необычное, словно бы что-то предвкушающее, выражение на лицах?

Судя по тому вниманию, которым окружили меня мальчики, я пользовалась головокружительным успехом. Но почему же девочки смотрят на меня без всякой зависти? Ведь их, казалось бы, отвергли ради меня! Я начала чувствовать себя неуютно под этими пристальными взглядами, следившими исключительно за мной, даже когда рядом танцевали и другие пары.

Может быть, я не так, как нужно, веду себя? Даже преподаватели, стоящие вдоль стены с чашечками в руках, не сводили с меня глаз. Я начала не на шутку нервничать.

— Ты такая красивая, — кружась со мной в танце, сообщил мне мой очередной партнер. — Мне так нравится твое платье.