Эта Китти была безжалостной: заставляла меня мыться чуть ли не в кипятке, не скупилась на оплеухи. Она имела крутой нрав, пока не заболела и не ослабла.

Сдвинув колени, я отчаянно пыталась удержаться, чтобы не сжать кулаки. Старалась убедить себя, что папаша, солгав, поступил мудро. Скажи он им правду, кто знает, захотели бы мои родственники принять у себя провинциалку, привыкшую к сиротской доле и бесправному положению.

— Дорогая Хевен, — промолвила Джиллиан, для которой настала очередь утешать меня. — В ближайшие же дни мы с тобой сядем и обо всем поговорим, у меня наготове миллион вопросов о моей дочери, — с придыханием прошептала она, забыв от избытка чувств приложить к глазам платочек. — В настоящий момент я слишком глубоко расстроена и потрясена для подобного разговора. Пощади меня, моя милая, прошу тебя.

— А мне хотелось бы узнать некоторые подробности уже сейчас, — сжал мою руку Тони. — Твой отец сказал, что звонит из Уиннерроу, где они с твоей матерью прожили всю их супружескую жизнь. Тебе нравится этот город?

Сперва язык не слушался меня, но пауза угрожающе затягивалась, и я выпалила наконец то, что было отчасти правдой:

— О да, Уиннерроу вполне симпатичный городок.

— Это хорошо. Нам было бы неприятно узнать, что Ли и ее дочь не были счастливы, — кивнул Тони.

Я мельком взглянула на него и уставилась в окно.

— Как твои родители познакомились? — продолжал Тони.

— Умоляю тебя, Тони! — вскрикнула Джиллиан с отчаянием в голосе. — Ведь я только что просила не расстраивать меня подробностями. Моя дочь умерла, не написав мне ни строчки за всю свою жизнь! Могу ли я забыть все и простить ее, хотя была готова это сделать. А я так ждала от нее весточки. Ли глубоко ранила меня, и я страдала все эти годы! Я плакала месяцами, хотя и не люблю плакать, — ведь правда, Тони? — Она громко всхлипнула и промокнула глаза платком. — Ли знала, насколько я чувствительна и ранима, как я буду страдать, но она наплевала на все это. Дочь никогда не любила меня, она любила Клива, но сама же и убила его, потому что тот не смог пережить ее бегства… Я твердо решила: не позволю себе убиваться по дочери и лишать себя счастья, предаваясь горю остаток жизни!

— Джилл, но я и мысли не допускал о том, что ты дашь печали разрушить свою жизнь, — сказал Тони. — Кроме того, тебя должно утешать то, что все эти годы Ли провела с человеком, которого обожала, не правда ли, Хевен?

Я продолжала смотреть невидящим взглядом в окно. Боже милостивый, как же ответить, чтобы не навредить себе? Если они догадаются (а пока они, кажется, ни о чем не догадываются), их отношение ко мне может измениться.

— Похоже, будет дождь, — нервно произнесла я, не глядя на Тони и Джиллиан.

Я откинулась на обитое замшей сиденье и попыталась расслабиться.