Это был мой дедушка!

Одетый в модный летний костюм и белые штиблеты, он со слезами на глазах всматривался в мое лицо, пытаясь вспомнить, кто я такая, и наконец, видимо, вспомнил, судя по тому, что на его щеках вспыхнул легкий румянец.

— Так ведь это же Хевен! — радостно воскликнул он. — Взгляни-ка на нее, Энни, — толкнул он локтем в пустое место рядом с собой. — Хевен сдержала свое обещание, она вернулась к нам. И какая она стала хорошенькая, наша милая внучка! — Он обнял правой рукой воображаемую Энни за плечи, как привык это делать за многие прожитые с ней годы. Невыносимо больно было видеть все это и осознавать, что старик до сих пор не может поверить в то, что Энни давно нет в живых.

Я обняла дедушку и чмокнула его в щеку.

— Ах, дорогой мой дедушка, как же я рада снова видеть тебя!

— Сперва следует поцеловать бабушку! — наставительно заметил он.

Я послушно обняла тень покойной бабули и поцеловала воздух там, где должна была быть ее щека. Потом я не выдержала и разрыдалась, оплакивая все утерянное, а заодно и то, чего мне предстояло еще добиться. Ну как я могла побороть упрямство и спесь Кастилов и вправить брату мозги?

Тому было не место в этом паршивом балагане, тем более что я могла оплатить его учебу в колледже.

Я взглянула на дедушку, и в голову мне пришла идея, как сломать деревенское упрямство Тома.

— Ты все еще скучаешь по горам, дедушка? — спросила я.

Лучше бы я не задавала этого вопроса!

Просветлевшее было лицо старика тотчас же потемнело, он понурился и пробормотал с тоской в дрогнувшем голосе:

— Энни всегда говорила, что на свете нет лучше места, чем родные края… Отвезите меня домой! Назад, в наши родные горы.

16. В погоне за мечтой

Я уезжала от Тома и дедушки совершенно разбитая, злая и исполненная решимости непременно спасти хотя бы Фанни от того вреда, который она могла причинить сама себе.

Прощаясь с дедушкой, я сунула ему в карман брюк пачку банкнот, которые он даже не потрудился пересчитать.

— Отдай это Тому, когда я уйду, — сказала я ему. — Пусть он возьмет, это ему пригодится на будущее.

Но только Господу Богу было известно, как распорядится такой кучей денег выживший из ума старик.

Мне снова пришлось лететь самолетом, на этот раз на запад, в Нашвилл, куда перебралась Фанни после того, как продала свою девочку супругам Вайс.

В аэропорту я взяла такси, сказала водителю нужный мне адрес и, откинувшись на сиденье, закрыла глаза. Повсюду меня преследовали неудачи, все выходило не так, как мне того хотелось. Трой был единственной моей опорой, именно его поддержки сейчас мне не хватало. Но это дело я должна была сделать сама, потому что не могла допустить Фанни в свою личную жизнь.

В уютном и своеобразном городке, где временно обосновалась моя сестра, было жарко и душно.