Я не отрицаю этого, но тем не менее неужели ты считаешь правильным то, что близнецы, да и любой из нас, будут полностью и совершенно зависимыми от тебя?

Наступила очередь Джона встать с кресла. Прежде чем ответить, он медленно прошел по комнате взад и вперед. Энн следила за ним. На ее лице появилось выражение, новое для Джона, но слишком хорошо знакомое ее родным — выражение упрямства, непреклонного решения поступить по-своему. Майра сказала однажды: «Если Энн залезла в бутылку, спорить с ней бесполезно».

Но у Джона не было намерения сдаваться: он просто изменил тактику.

Он остановился перед Энн и посмотрел на нее сверху вниз. Его лицо было серьезным, брови насуплены, но когда Энн подняла на него глаза, у нее почему-то возникло впечатление, что на самом деле он не такой неуязвимый, каким выглядит.

— Послушай, Энн, — сказал он мягко, — давай попытаемся оба быть более рассудительными. Я бы хотел получить возможность убедиться, что делаю правильный выбор. Я бы хотел иметь возможность дать Энтони и Энтониете то, чего они никогда в своей жизни не получали.

Но я не могу этого сделать за ночь, и мы не увидим результата, пока не пройдет по меньшей мере год или около того. Дай мне шанс, и если я провалюсь…

— Если ты провалишься, — сказала Энн, — тогда они останутся зависимыми от тебя, я предполагаю… вроде Вивьен?

Она не собиралась добавлять двух последних слов, но они, казалось, сами слетели с языка, и, как только она произнесла их, ей стало стыдно — она инстинктивно поняла, что использовала дешевый прием.

Джон не позволил себе потерять терпение.

— Вивьен и ее брат — мои ближайшие родственники, — сказал он. — Мать взяла на себя ответственность за них, когда они осиротели. И если они оказались на моем содержании, то только потому, что они родственники, а вовсе не потому, что я имел особенную возможность выбирать.

— В то время как меня ты, разумеется, выбрал, — сказала Энн со слабой улыбкой, которая почему-то ухитрилась стать горькой. — И я согласилась на твои условия, но из этого не следует, что обстоятельства не могут изменить состояние дел.

— Если бы обстоятельства или дела были благоприятны, я бы согласился, ты же знаешь, — сухо сказал Джон.

— Так вот, я считаю, что и то, и другое благоприятны, — ответила Энн. — И если близнецам будет предложен по-настоящему выгодный контракт, который принесет им много денег, я уверена, никто из нас не имеет права встать на их пути.

— А я говорю тебе, эта идея нелепа и смешна! — воскликнул Джон.

Он был на грани потери самообладания. Энн еще не видела его таким.