Выходит, я спал не более двадцати минут. Еще пару минут я полежал, бесцельно глядя в потолок, а затем рывком встал.

Прошелся по комнате. В ней царил полумрак, шторы я утром так и не раздвинул, со стола на меня укоризненно поглядывал заброшенный мною ноутбук.

При взгляде на него мне пришла в голову счастливая идея: записать только что просмотренное сновидение. Эдак, подумалось мне, я просублимирую, как учил старина Фрейд, потаенные желания и, быть может, тем самым избавлюсь от них. К тому же мне в романе будут необходимы эротические сцены, а в увиденном сне имелись все атрибуты классического масс-культного произведения: пальмы, песок, синее-синее море и очаровательная стройная блондинка с распущенными волосами, одним движением скидывающая купальник…

Работалось споро, и довольно скоро я забыл о разочаровании, пережитом в сновидении, точнее, я перенес его туда, за экран компьютера, в свой будущий роман.

Наверно, правильно утверждал герр Фрейд – облом, только что пережитый во сне, в процессе работы словно сглаживал свои саднящие углы и переставал язвить меня.

Спустя полторы страницы мой герой поцеловал девушку, обнял ее, к их ногам упал сброшенный купальник, и он бережно опустил Наташу на песок… Тут я поставил целомудренную точку, потому как писал отнюдь не порнографический и даже не эротический роман, а произведение для самых широких кругов.

А массовый российский читатель – особь довольно-таки пуританского склада и, как я заметил, не слишком приемлет ни эротику, ни тем паче порнографию.

Я поставил точку, сохранил файл DREAM в памяти компьютера и встал из-за стола. Я был доволен, что хоть что-то написал сегодня. Часы показывали десять минут пятого.

Я откинул штору и проскользнул на открытый по случаю жары балкон. Яркий свет солнечного дня ударил по глазам, и в ту же секунду я почувствовал что-то неладное. Присмотревшись, понял, в чем дело: гигантская береза под моим окном – береза, безжалостно сожженная кем-то вчера утром до самого скелета, – как ни в чем не бывало шуршала передо мной всеми своими ветвями! На ней уже появились малюсенькие зеленые листочки, и она победительно раскачивала ими прямо у меня перед носом!

Ошеломленный, я подошел к балконной ограде. Весь остальной пейзаж не изменился: все так же стояла внизу моя грустная красная «копейка», ярчайше зеленела молодая трава на газонах – только не валялись под обгоревшим стволом полусожженные сучья, а береза под весенним ветром ласково покачивала живыми и здоровыми ветвями!

И тут я в ужасе дернулся и опять проснулся!

Я лежал в одних трусах на боку на диване.

На столе стоял закрытый ноутбук. Часы показывали пятнадцать минут пятого. Я понимал, что проснулся окончательно. Сердце мое дико билось от только что пережитого во сне.