Строя из себя порой стерву, в душе она была очень ранима, от чего долгие годы была слепо влюблена в лучшего друга и по совместительству младшего брата своего теперь мужа.

Артем Агеев. Наверняка этот гаденыш в аду горит за все то зло, что Рине и Денису когда-то причинил. Тоже мне ангел с грязной душой демона, строящий из себя все время святую невинность, а на деле же оказался обыкновенной падалью. Закапать бы его в земле поглубже. Хорошо, что пропал куда-то и не объявляется, иначе столько людей прибьют его на месте. Влюбилась же когда-то Рина в придурка, запудрившего ей мозги.

Хорошо, что Денис вовремя успел расколдовать свою Рапунцель.

— Может все-таки, — тихий голосок Рины не предвещает ничего хорошего. Уже заведомо знаю, о чем она со мной начнет говорить. Я бы возмутилась и как-то ей рот закрыла, но сил нет на сопротивление. Да и не хочу бороться. Будь что будет, — ты поговоришь с Артуром? Позвони ему, — настаивает. Ладно, хоть телефон в руки не сует, а то она может такое сделать. — Тут явно недоразумение какое-то случилось, — защищает моего бывшего парня. Горой за него стоит, готовая даже биться с врагами, если это понадобится.

 — Его идиотка-девушка все могла подстроить, чтобы привлечь к себе внимание.

Не говорю об этом Рине, но меня часто посещает такая мысль. А что если и правда Кристина пытается его удержать подле себя, рассказывая всем про якобы помолвку? Только вот почему-то нигде в Интернете нет опровержения такому грандиозному событию. Да, я с особой степенью мазохизма просматриваю сплетни во всемирной паутине, дабы быть в курсе всего. Как-никак журналистом все-таки работают. Мне необходимо знать последние новости.

— Об отмене никто не пишет, — равнодушно пожимаю плечами, стараясь казаться равнодушной. — Похоже, что Артура все устраивает, — криво усмехаюсь, наклоняюсь к столику, беру стакан домашнего морса и делаю огромный глоток. Фруктовый вкус напитка приводит в неописуемый восторг. Одобряю. Их личный повар постарался на славу. — Очень вкусно, — еще один глоток. Смакую, наслаждаясь изысканностью красной жидкости. — Бенедикт даст рецепт? — хочу отвлечься от нудной и не нужной темы разговора.

Морщусь от неприятных и болезненных воспоминаний, когда за огромную провинность получила от бабушки два удара крапивой по голой заднице.

Вот угораздило же меня полезть в деревне на соседский огород, и чуть было не пришибить курицу-несушку, которую в темноте еле-еле увидела. Ох, как тогда все сокрушались по этому поводу. Больше всех бабуля, строго наказавшая внучку. А Рина еще и помнит это до сих пор, так как один раз я ей обо всем поведала. Тоже мне интриганка лондонская.

— Видана, — всего лишь имя, а слезы сдерживать очень трудно.