Я спустился в мастерскую, включил старый виниловый проигрыватель, который нашёл на одной из барахолок и привёл в порядок. Затем занялся реставрацией старинных украшений, которые, как мне объяснил Семён Семёнович, принадлежали какому-то коллекционеру. Родственники, видимо, не разобравшись в их ценности, выкинули их на помойку. Изначально все украшения действительно выглядели невзрачно – погнутые, потускневшие, покрытые царапинами. Но я, используя свой Дар, возвращал им былую красоту.

В этот момент в моей голове раздался тихий сигнал от одного из моих големов-наблюдателей, которых я оставил под имением Иванова.

Я понял, что два бойца погибли – они провалились в одну из ловушек, которую я установил.

Я не испытывал никакой жалости к этим людям. Они были гвардейцами Иванова, а значит, моими врагами. И их смерть – лишь маленькая плата за то, что они пытались сделать со мной и моими людьми.

К слову, мои големы-наблюдатели, которых я установил в имении Иванова, были не просто маленькими железными или каменными фигурками. Они были гораздо… сложнее. Ведь голем – это необязательно существо с двумя ногами, двумя руками и головой.

Это может быть всё, что угодно – стена, дверь, пол, даже булыжник, – куда угодно можно поместить душу Элементаля, «зарядить» её моей энергией, и она оживёт, получив новые возможности.

Другое дело, что не каждая Элементальная Душа захочет быть обычным булыжником, камнем или частью стены, ведь у них тоже есть свои желания. Но за большое количество моей энергии, которой у меня сейчас хоть отбавляй, можно договориться о чём угодно.

Когда Иванов начал поиски золота, он даже не представлял, что каждый его шаг будет под моим контролем.

В этот момент раздался звон колокольчика – механизм вызова, который я сконструировал, чтобы Семён Семёнович мог вызывать меня из мастерской.

– Что случилось? – спросил я, поднимаясь наверх, в торговый зал.

Подсознательно я уже приготовился к очередной порции негатива: поджоги, взрывы, автокатастрофы… Но старик продолжил:

– Лучио Барноделли, который должен был ранее приехать, забрать свой заказ, позвонил и извинился. Сказал, что на границе возникли какие-то проблемы, поэтому он задержался. Он также сказал, что если нужно, подождёт до вечера, поскольку это его оплошность.

– Хм… – протянул я. – Значит, у этого человека есть понимание, как вести дела. Хорошо, приму, так уж и быть.

Я спустился обратно в мастерскую и продолжил работать, но не прошло и получаса, как снова раздался звон колокольчика. Я поднялся наверх и увидел, что в лавку входит Лучио Барноделли.

– Добрый день, господа! – поприветствовал он нас. – Ещё раз прошу прощения за мою непунктуальность. Я понимаю, что настоящие мастера не сидят без дела.