— Смотри!

Главный экран командного центра ожил, и на нем появилась картинка. Мутная, с помехами, однако вполне разборчивая.

— Это последнее, что я получил из Элизиума, когда пару дней назад на некоторое время восстановилась связь.

Я присмотрелся, и нахмурился.

Съемка велась с дрона, коптер потряхивало и сносило воздушным потоком, света было недостаточно, но даже то, что я видел, впечатляло.

Главного периметра Элизиума больше не существовало. Кое-где из земли еще поднимались огрызки стен, но свою основную функцию выполнять они уже не могли. Не было видно и свечения защитного купола. Зато прекрасно просматривались целые колонны ксеносов, ползущих на территорию. В воздухе рябило от дементоров и пикировщиков, среди мелочи ползли туши берсеркеров…

— Центр еще держится, — проговорил Сандерс. — И довольно успешно. Кажется, им удалось запустить резервные генераторы и активировать малый купол. Но сделали это уже не корпораты и не «Фениксы».

Картинка мигнула и погасла.

— Это снимали мои парни, которые в момент вторжения были в Элизиуме. Им удалось добраться назад и кое-что рассказать, — Сандерс потянулся за моим стаканом и снова наполнил его на два пальца. Поймав мой взгляд, он кивнул, и долил до половины.

— До того, как подтянулись основные силы ксеносов, в Элизиум пришел Слай. Со всем своим кланом, который внезапно оказался значительно больше, чем я думал.

— Он объявил общий сбор, — воспользовавшись паузой, сказал я. — Готов взять всех под крыло, взамен — готовность сражаться и желание выжить.

— Именно. У него там куча техники и людей. Они выбили тех «Фениксов», которые отказались перейти на сторону Слая и сейчас удерживают центр. Когда мои люди уходили, несколько отрядов «Фениксов» еще держались, но как обстоят дела сейчас — я не знаю.

Я молча хлебнул из стакана.

— У тебя совсем маленький отряд и почти нет оружия, — проговорил Сандерс. — Ты сейчас увидел, что там происходит. Ты уверен, что у тебя получится осуществить задуманное?

Я усмехнулся и пристально посмотрел на кланлида «Буревестников».

— А ты считаешь, что я пришел тебя спасать из чистого человеколюбия?

Когда я выходил из командного центра, меня посетило дежавю. Кажется, совсем недавно мы с Сандерсом вот так же пили и спорили до хрипоты. И, как и в прошлый раз, мне удалось добиться своего. Впрочем, сейчас это было не так сложно. Спорили мы больше о том, как именно будем воплощать в жизнь безумный план. А уж участвовать в нем Сандерс согласился легко. Старый вояка засиделся на месте, привычки брали свое. Ему надоело копаться в песочнице, воюя с одиночными тварями и редкими самоубийцами, решившими оспорить главенство «Буревестников» в этом секторе Полигона. Бывшему десантнику хотелось настоящего дела.