Казалось, что даже пар вырывался из моего рта с каждым выдохом!

Все расселись, так же обособленно, кто как мог, пытаясь прийти в себя.

— Как думаешь, нам удастся сбежать? — тихим хриплым шепотом обратилась я к сидевшей рядом соседке по несчастью.

Она не ответила, явно думая о чем-то своем. Может быть даже не слышала моего вопроса. Я накрыла плечи уже мокрым полотенцем, стараясь не дрожать. Но это не помогало. Зуб на зуб не попадал.

— Как думаешь, где мы? — услышала я тихий, едва слышный шепот. Другая моя соседка, явно обращаясь ко мне, подсела чуть ближе, протягивая мне сухое полотенце. — Возьми, у меня два.

Я отрицательно помотала головой, но она, пододвинувшись ко мне еще ближе, накрыла нас обоих.

— Вдвоем будет теплее…

— Да, наверное. Спасибо тебе, — обратилась я к ней.

— Как думаешь, они убьют нас? — спросила я хриплым, скорее не от холода, а от страха неизвестности голосом.

— Вряд ли они преследуют именно эту цель. Слышала, они готовят нас на какой-то вечерний аукцион. Как я понимаю, нас хотят продать в качестве секс-рабынь. Слышала я как-то о таких мероприятиях. Очень надеюсь, что попаду к одному из хозяев этого борделя или клуба, в лучшем случае, став его любовницей. Это если совсем повезет! Не повезет — продадут на аукционе кому-нибудь из братков. Тоже хорошо. Там хоть и не такая лучшая жизнь, но есть шанс, что смогу приглянуться кому-нибудь, продержаться подольше… А потом, может быть, сбегу, если будет на то, хоть малейший шанс, чего и тебе желаю.

Я задумалась над ее словами, более пристально приглядываясь и рассматривая девушек. Все четыре — миниатюрные красавицы-блондинки, как на подбор. Такие любому приглянутся. Если уж попадем на аукцион, то меня могут взять только в поломойки, никак не в любовницы. Да и что я умею?! Чем смогу заинтересовать?! Шанс выжить у меня только один — сбежать.

— А покупатели на этом аукционе кто? Шейхи? — спросила я.

— Какие еще шейхи?! — засмеялась она. — У нас-то в стране! Криминал правит миром.

Ясно. Значит, не повезут никуда. Это уже плюс, потому как останемся дома, а здесь еще можно надеяться на помощь со стороны властей и побег.

Дверь снова открылась и нам предложили облегчиться. Я сразу вызвалась, первой, потому как хотела осмотреться. Но радость моя была недолгой. Все тот же, кого называли Боровом, отвел нас, по одной, в соседний с нашим бокс-туалет. Ничего, кроме темноты, голых стен и унитаза. Сразу видно — мы находились в подвале какого-то здания, потому как сверху в туалете, через воздуховод, гулом доносилась клубная музыка. Дождусь вечера, а там попробую сбежать, если выведут наверх. Уж только появился бы хоть малейший шанс! Я его не упущу.

Вернувшись в камеру, где нас держали, увидела, что девочкам раздали горячий чай.