Я тряхнул головой, прочь отгоняя безумные видения и рванул ручку двери на себя…

А после… решительно вошел внутрь, громко захлопнув за собой дверь.

Первым, кого я увидел был Серый. Он развернулся ко мне, загораживая своей спиной от меня Лизу и улыбался мне так победно, так заразительно. От злости я впервые захотел ему врезать! Врезать другу из-за женщины! Это желание шло вразрез с нашими принципами: мы никогда не ссорились из-за баб.

Я стоял сжимая кулаки, играя жевалками на щеках, в абсолютной, поглотившей меня сейчас ярости, а он лишь открыто улыбался мне.

— Ты сам отдал ее мне! — начал он, не переставая мне улыбаться.

Я молчал, потому, что не знал, что ему ответить. Он прав.

— Ты же никогда не отдаешь свое…

— А вдруг уже поздно? Если она уже была со мной…

— Плевать!!! — заорал я.

— Я предложил ей бросить тебя…

— И? — замер в ожидании ответа я.

Но он молчал, лишь отошел в сторону, открывая моему взору девушку, из-за которой я готов был разорвать на куски лучшего друга.

Его взгляд, наполненный яростным голодом, прошелся по ней, жадно поглощая каждый кусочек ее желанного тела. Казалось, время в помещении остановилось. Все замерло. Не было больше ничего вокруг. Ни звука закрывающейся за Сергеем двери, ни его колотящегося сердца, ни страха, ни боли… Все растворилось в одном глубоком взгляде в ее серые глаза.