Развернувшись, Сергей с еще большей осторожностью стал приближаться к берегу, пока не уперся в густо растущие вниз корни, сплошной стеной, идущие вдоль берега и уходящие вниз на глубину около двух метров. Вся эта картина чем-то отдаленно напомнила ему мангровые заросли, виденные в одной из популярных телепередач о природе юго-восточной Азии. Между корнями все-таки были небольшие проходы, вполне достаточные, для того, что бы пролез подвох средней комплекции. За ними, сквозь наросшую бахрому бурой растительности темнела вполне прозрачная вода. Именно туда, скорее всего и скрылся его «зачетный» экземпляр.

Осмотревшись, как следует, провентилировав легкие, Муромцев вдохнул, сколько смог воздуха и пошел вниз. Погрузившись примерно на полтора метра, он довольно легко протиснулся сквозь переплетение корней и оказался под ложным берегом.

Только потом, беседуя за рюмкой чая в Нижегородском подводном клубе со старыми подвохами, он узнал от них, куда попал на Вьюновском. Именно в таких низинных озерах, имеющих склонность превращаться со временем в болото, существует опасность ложного берега.

Прибрежная флора, разрастаясь медленно, но неуклонно формирует плотный поверхностный слой, принимаемый подвохом за береговую линию. Однако само по себе это не опасно. Человек, будучи одетым в гидрокостюм не утонет и в болоте, даже если очень захочет. Гораздо хуже другое. В погоне за рыбой неопытные подвохи подныривают под эти такие заманчивые своды привлекаемые необычно прозрачной, отстоявшейся водой.

Потом правда приходится вызывать службу спасения, что бы достать оттуда их посиневшие трупы. Муромцеву объяснили, что он легко отделался.

«Ты вот что пойми, Сергей, — говорил, наливая ему в кружку добрую поллитру пива, инструктор клуба, — хотя под ложным берегом прозрак и есть, но, во-первых, там темно из-за толстого слоя растительности над головой, а во-вторых, тесно. И стоит чуть неаккуратно пошевелиться, сделать неосторожное движения и все! Каюк подвоху. Сразу ничего не видно. Муть и со дна подымается и сверху сыпется. Кисель. Короче говоря — мрак. Куда плыть? Где выход? Неизвестно. Вот и остаётся там наш молодняк».

То же самое — один в один случилось и с Муромцевым. Проплыв за своим карасем несколько метров он задел за свисающие с потолка корни и видя, что вода стремительно мутнеет, решил вернуться. Пытаясь развернуться в тесном пространстве, он поднял своими длинными ластами такое облако мути, что сразу потерял ориентировку. Воздуха у него было еще секунд на сорок, и Сергей принялся лихорадочно искать выход, вслепую ощупывая руками пространство вокруг себя. Время шло, а прохода между корнями все не было.