Вокруг неё, осторожно тронутая темнотой синь, вдруг начинала насыщаться васильковым оттенком. Чистым и глубоким. Дальше на Запад синева переходила в размытую светящуюся зелень, которая постепенно бледнела, пока не растворялась совсем в желто-розовом зареве. Там поверхность моря, приобретала те же самые оттенки и, уже трудно было различить, где между ними проходит почти незаметный для человеческого глаза горизонт. К Востоку же, откуда медленно, но верно наступала ночь, жар заката оказывал все меньшее влияние на цвет воды и неба. Там они почти сразу темнели и затаивались в непроглядном мраке.

Муромцев вздохнул не совсем вовремя накрытый приятными воспоминаниями и, хотел было совершить еще один вояж вокруг дивана, но его остановило небольшое фото. Оно висело чуть ниже и левее крымской фотографии. На нем был он сам. В гидрокостюме. На берегу Вьюновского озера. Тоже довольно старый снимок. В тот год летом было мало дождей, вода в торфяных озерах Балахнинской низины очистилась. Стала вполне пригодной для охоты. Иногда видимость здесь достигала двух — двух с половиной метров. Польстившись на рассказы о просто чудовищных карасях, Сергей вместе с Аленой и Сапожниковыми организовали воскресный вояж на Вьюновское.

На вечной Гошиной «Ниве» они чудом пробились к озеру по абсолютно непроходимой для легковых машин просеке. Хотя Вьюновское стало уже не столько озером, сколько болотом, рыба в нем была. Муромцев, быстро натянув гидрокостюм, полез в воду, оставив других членов его маленькой экспедиции на съедение местным комарам-вампирам.

Вода действительно оказалась довольно прозрачной. Обещанных ему Белкиным двух с половиной метров видимости не было, но метра полтора-два было совершенно точно.

Уравновесившись в воде и разнырявшись, Сергей уже минут через двадцать периодически погружаясь, медленно плыл вдоль густых зарослей водной растительности. И все бы было в тот день хорошо, если бы не его неопытность молодого подвоха, помноженная на самоуверенность характерную для почти всех молодых сотрудников силовых ведомств.

Как только дно под Муромцевым круто ушло вниз и перестало проступать сквозь окрашенную мельчайшими торфяными частичками в красно-коричневый цвет воду, он повернул в сторону берега.

Не так давно занимающийся охотой, Сергей не знал и не мог знать, что такое ложный берег. Хуже него для подвохов может быть только ложное дно. Да и то не всегда. Один из самых, если не самый экстремальный, вид спорта всегда преподносит своим поклонникам, особенно новичкам, массу всевозможных и, как правило, малоприятных сюрпризов. Именно такой и был уготован озером для Муромцева.

На кукане уже болтался один карасик под килограмм веса, когда вдалеке, показался экземпляр показавшийся намного крупнее.