- Дыши. Дыши, девочка! Давай!

С пакетом у меня действительно получается, не сразу, но получается. Дышу. И сразу почти начинаю плакать.

- Успокойся, всё… всё будет хорошо.

- Даня… он… он… а вдруг его…

Я не успеваю договорить, как мы обе слышим звук открывающейся двери и как по команде бежим в холл.

Да Винчи вваливается в дом вместе с Коршуном и Артёмом.

Вижу синяк на лице любимого, кровоподтёк, но, как ни странно, это тормозит мою истерику. Я понимаю, что нужна помощь. Елена Петровна тоже собрана, убегает на кухню, кричит мне на ходу:

- Соня, веди их в ванную комнату, надо помыть раны, сейчас я аптечку принесу.

- Даня, Стас… разувайтесь, Артём и ты, быстрее.

- Нормально всё, Сонь, не кипиши, подумаешь… бровь разбили.

Смотрю на Даню, головой качая.

- Позже расскажу. Отец уже приехал?

Мы с Еленой Петровной в четыре руки промываем раны, мажем синяки специальным средством. Артём рассказывает, что наши славные парни участвовали в задержании преступников.

Ничего себе. Меня снова трясёт. Я в шоке.

Не думала, что всё будет настолько серьёзно.

- Это были те же, которые уже пытались меня пугать. Они просто пешки. Шестёрки. Но помогут выйти на своих хозяев.

- Они… они устроили пожар в студии?

- Возможно, пока разбираемся. Они задержаны.

- А если… если их отпустят? – я вспоминаю то, что читала и слышала. У так называемых «черных риэлтеров» мощная поддержка в разных структурах. И в полиции тоже.

- За это не волнуйся. Тут… тут тоже уже собственная служба безопасности включилась. Выйти быстро им не дадут. – Солнцев явно доволен. – Повезло, что я был рядом. Твой Рембрандт мне дозвонился сразу. Они сами их повязали, прямо у школы.

- Даня, зачем? А если бы…

- Да там без вариантов было, Сонь, - Коршун защищает друга. – мы на машине моей поехали, а эти уроды перегородили выезд, вышли. Ну, пришлось им объяснить, что в нашем районе мы пока хозяева.

Я выдыхаю. Даня тут. Он со мной. Синяк пройдет. Главное, чтобы этих гадов не отпустили.

Мой герой украдкой обнимает меня, пробираясь ладошкой под толстовку. Я немного шокирована – он ведь такого раньше не делал, ну… чтобы вот так. Днём и при всех. Пусть и тайно. Слышу шепот у уха.

- Ты такая красивая и теплая. Очень хочется быть ближе.

Елена Петровна вспоминает про борщ, стоящий на плите. Солнцеву нужно срочно куда-то отзвониться.

Коршун стоит в ванной, лыбится, глядя на нас, потом качает головой.

- Ладно. Ушёл. Целуйтесь уже.

Выходит, а мы сначала смеемся, а потом на самом деле целуемся.

- Я так испугалась. Дышать не могла. Если бы не твоя мама – задохнулась бы, наверное.

- С ума сошла, маленькая? Ты что? Ты должна дышать. И жить. И ничего не бояться. Мы такие силы подняли, чтобы тебе помочь. Такой замес будет мощный – не представляешь.

- Спасибо тебе.