Подмигиваю, выхожу на улицу, где меня уже ждут Коршун и Селена – мы еще вчера договаривались до школы вместе.

- Опаздываешь, Дань? Погнали.

Сажусь в машину, выдыхаю.

Вкратце описываю ситуацию. Бедная Селена в шоке. У Коршуна челюсти сжимаются.

- Да уж… это тебе не одноклассников пощипать, - говорит он, намекая на то как мы разобрались с теми, кто обидел Лерку. – Ну, ничего, брат, прорвемся. Главное, что девчонки целы.

Это точно, главное, что целы.

На занятия я явно пошёл зря, потому как совершенно не вдупляю что делать. Честно подхожу к математичке, благо она у нас нормальная, объясняю. Она головой качает.

- Данила, вам бы хотя бы базу сдать, ну что же вы так. И ведь хорошо же все было еще в прошлом году!

- Я сдам, клянусь. Сейчас разберусь с проблемами и сдам.

Литературу у нас ведет «классуха», она тоже, в общем, адекватно реагирует.

- Ох, бедовые вы ребята, то одно, то другое… Даня, ну школу-то надо заканчивать? В институт поступать? Давай, соберись, совсем немного осталось.

- Я соберусь, правда. Просто… отпустите сегодня. Реал очень нужно.

Собираюсь на выход, когда меня догоняет Коршун.

- Зачем? Нормально всё.

- Вот я и проверю, чтобы всё нормально.

Мы выходим, садимся в тачку, выезжаем со школьного двора, и я понимаю, что ни хрена не нормально…

Я дико волнуюсь, потому что Даня уже должен был прийти из школы, а его нет. Мне кажется, что и его мама, Елена Петровна тоже волнуется, хотя виду не подаёт. Я помогаю ей с обедом. У нас борщ и котлеты с картошкой. Девчонки играют в детской.

В Студию я, разумеется, не пошла. Позвонила Ирине Вениаминовне. Она, конечно, в шоке – там у них полиция, пожарные, с ночи покоя нет. Охранник – дежурил не дядя Жора, другой, Павел Палыч – почти все проспал. Проснулся, когда в дверь стали колотить люди с улицы, собачники, гуляющие рано утром. Они и вызвали пожарных.

Мне, естественно, придётся ехать в полицию. Но тут Артём пообещал помочь, сказал, что будет со мной, всех предупредит, в обиду не даст.

Сегодня еще папа Дани собирает у себя тех, кто занимается моим делом. И я волнуюсь, потому что придёт отец Арины.

Тот наш ночной разговор с сестрой вышел коротким. Я призналась, что Алексей её папа, рассказала, что он любил маму, но, к сожалению, должен был уехать.

- А на меня ему было плювать? – сестра уже почти все слова говорила правильно, но иногда.

- Нет, принцесса, конечно, ему было не плевать. Он просто не знал, что ты у мамы родилась.

- Как не знал? Он что, не знает отчего дети бывают?

Тут я, конечно, слегка оторопела.

- Ну… нет, он, конечно, знает…

- Тогда почему обо мне не знал? Если они с мамой целовались и любились, значит должен был знать.

- Что… делали? – я в шоке, правда, хотя понимала, что пора рассказать сестре откуда дети берутся, но не так.

- Любились. Я не знаю как это.