Выказывать недовольство я опасалась. Слуги могут и в тарелку плюнуть, и ещё какой-нибудь гадости подложить! А застрять на фаянсовом горшке в мои планы не входило.

Ответ на свои размышления я получила от господина королевского лекаря, когда он меня пожурил, что я мало ем. Ему служанки после завтрака доложили. Мол, не ценю я старания достопочтенного господина королевского лекаря, а он достал для меня блюда со стола придворных дворян!

После завтрака господин Холл передал меня под конвой капитана королевских гвардейцев — тех самых бравых ребят в зелёной форме. Шли мы долго через помпезные залы королевского дворца. Поднимались по мраморной лестнице на два этажа вверх. И снова шли анфиладой залов.

Во дворце было достаточно пустынно. Редкие придворные при нашем приближении шарахались в сторону и сразу начинали комично перешёптываться.

— Это она… Герцогиня, — с придыханием шушукались две молодые особы.

— Ага, сам Светлый отец заступился.

— Бедный король, так несправедливо! — вступили в разговор мужчины, похожие на служащих.

— Вы уверены, что это герцогиня Евангелина Гровенор? Как она подурнела! — язвительно улыбнулась доброжелательница. Но стоило мне встретиться с женщиной взглядом, как она тут же испуганно прижала платочек к губам.

Видимо, её впечатлила моя белозубая улыбка. Или всему виной жест с оттопыренным средним пальцем? Знают ли местные его значение? Вряд ли! Но убегала она по коридору так, что пятки сверкали. Я хоть душу отвела!

Наконец-то забег по лабиринту этажей и лестниц закончился в небольшом, почти пустом зале. В середине комнаты стоял постамент с зеленоватой штуковиной. Формой он напоминал... Китайцы о таком говорят — нефритовый жезл.

Рассматривая его, сходу придумала, для чего эта штуковина может быть предназначена. В голову лезло всякое с пометкой «18+». Бледное лицо герцогини даже разрумянилось. Я ощущала, как горят мои щёки.

«Тьфу, иномирные извращенцы! — в сердцах подумала. — Хотя бы не додумались до моего».

Пока я мучилась догадками, чеканя шаг, в зал вошёл мужчина, весь в чёрном. Только на лацкане пиджака был оригинальный золотой знак. Ювелир вписал в треугольник ухо, глаз и губы. И чтобы это значило? Ухо-горло-нос иномирный?

Мужик приблизился. Постоял рядом, заложив руки за спину и разглядывая меня прищуренными глазами. Взгляд у него был тяжелый. Потом спросил:

— Не король, — ответила чётко.

Портрет короля мне вчера господин лекарь показывал.

— Подойдите к жезлу и обхватите его руками, — приказал незнакомец, не представившись.

Подумаешь, цаца! Я и подошла. При ближайшем рассмотрении нефритовый кол оказался высокой башней с конической крышей. Стоило мне крепко обхватить его руками, как пол под ногами вздрогнул, и я полетела вниз, в чёрный глубокий колодец.