– Ну куда крестьянскую еду богатым господам и леди? Они такого в жизни не едали, плеваться будут и вас винить, что отравить их вздумали.

– Ну-у, мармелад так-то вкусный, – прищурилась я. – Да и если они такого не ели, вдруг им понравится? Даже Зубастик его ест.

– Он всё ест… – горько вздохнула Грейс. – Ладно. Пойду вытаскивать свои запасы, куда деваться.

Червячок сомнения грыз меня – Грейс права… понравится ли простой мармелад тем, кто привык к изысканной и богатой пище? Да и стыдно перед Леди Дейли, ей-то я обещала пирожные. Надо извинится.

Я пошла по залу. Многие узнавали меня, мужчины целовали руку, женщины делали комплименты. Все просто мечтали пообщаться со мной поближе и выспросить о завтрашнем дне – он интриговал всех. Ещё бы, такая программа…

Старушку я отыскать не смогла, зато увидела высокую фигуру братца Бертрано. Едва узнала его, тут скорее помогло то, что я уже встречалась с ним на маскараде. Как же я обрадовалась! Я поспешила было к нему, но вдруг услышала на улице приглушённые крики.

– Ты! Не смей приближаться к моему мужу, поняла меня, вертихвостка престарелая?

Голос Милли едва можно было разобрать, но я узнала его. Они с моим бывшим поженились совсем недавно, как и требовал принц. И свадьба была тихой и скромной.

– Это я-то престарелая? – раздался ответный злобный визг.

– Матушка… – с отчаянием выдохнула я, бросаясь на голоса. Толкнула дверь и увидела возмутительную картину, которая, впрочем, нисколько не удивила меня.

В саду среди кустов с цветами, заботливо посаженных садовником, стояли трое – мама, Милли и Аарон.

Где демоны носили Роберто я не знала, но мне очень хотелось его прибить. Впрочем, возможно мать специально отделалась от него, увидев предмет своего обожания.

– Как ты смеешь преследовать нас? Это же верх неприличия и наглости! – взвизгнула Милли, притопнув ногой для верности.

Кто бы говорил о приличиях… да только не Миллька.

Моя закадычная подружка уже раздалась в талии, и живот был довольно заметен.

– Ты посмотри на себя, жируха, – не осталась в долгу мать. – На тебя ни один кобель не вскочит, даже если его плетью начать стегать.

Вот это баталии. Какая экспрессия… какой накал страстей.

Аарон стоял между женщинами в маске, но я сразу узнала бывшего мужа.

Он улыбнулся при виде меня и послал воздушный поцелуй. Захотелось вытереться, но я сдержалась, раздражённо фыркнув. Вот же кобелина.

Сначала я подумала предложить матери пройти в дом и поискать Роберто, но потом решила, что нет. Я села на лавочку и принялась наблюдать за представлением.

Внутри меня грела мысль: очень-очень скоро все узнают, что сделала Милли. Я оправдаю себя окончательно. И мать, сама того не желая, сейчас мне в этом поможет.