Видать, когда Розу увозила скорая, не до калитки было. Я вытащил его из проушин и толкнул калитку. Она поддалась и распахнулась. Петли были хорошо смазанными и не издали ни малейшего скрипа.

Двор оказался ухоженным и прибранным. Не разглядывая его, я рванул к крыльцу, взлетел по ступеням и взялся за ручку двери. Дверь была закрытой, и врезан в неё был именно английский замок.

Я достал связку своих ключей, выбрал ключик, который получил от Розы и поднёс к замку.

— Что там? — от калитки прокричал Кукуша.

— Не знаю пока, — ответил я, вкладывая ключ в скважину. — Сейчас будет ясно…

Я вложил ключ в замочную скважину, и он вошёл, как родной. Он, собственно и был родным. Легко повернулся раз, ещё раз, как по маслу. Я нажал, отжимая собачку, и чуть толкнул дверь. Она открылась мягко и гостеприимно очертила четверть окружности.

В лицо ударил тёплый домашний воздух с лёгкой угольной горечью и ароматом сушёных трав. Я оглянулся на Кукушу. Его глаза сияли.

— Красава, — прошептал он. — Молоток, племяш.

Мы вошли и закрыли за собой дверь.

— Странно, что люди Никитоса сюда ещё не нагрянули.

— Они про это место не знают, сто процентов, — кивнул я. — Роза, думаю, прописана не здесь. А этот дом, скорее всего на ком-то из родственников или на родителях до сих пор.

— И чё мы делать будем? Шмонать? Жёстко?

— Жёстко не будем. Начнём с очевидных мест. Шкафы, книги, подпол, люки, пустоты, бытовая техника, холодильник, кухонные шкафы, печка… Блин… Работы непочатый край.

Мы осмотрелись. Постель была не заправлена. Когда приехала скорая, было явно не до этого. В остальном в доме был полный порядок. Идеальный. Каждая вещь у Розы лежала на своём месте.

— О, — крикнул Кукуша. — Знаешь его? Фотка на кровати лежит.

Он поднял фотографию в раме и протянул мне.

— Эдик, — кивнул я, принимая раму. — Калякин.

Он был сфотографирован в родительском доме, судя по часам за его спиной. Это были те самые часы, что я рассматривал пятнадцать минут назад. Прошло тридцать лет, Эдика уже не было давно, а они всё стояли и, наверное, заведи их, пошли бы снова и продолжили мерить секунды, пока не пережили бы всех нас…

— Наверное, когда худо стало, взяла фотку поближе к себе, — покачал головой Кукша.

Большой, грозный и сердитый на вид Кукуша оказался чувствительным и даже сентиментальным. Я подмигнул ему и похлопал по плечу.

Мы приступили к работе. Действовали аккуратно и небыстро. Тайник с оружием нашли сразу, а вот бумаги не попадались. Время шло, мы выдвигали ящики, простукивали стенки, поднимали ковры и коврики, но найти ничего не могли.

— Ладно… — покачал я головой. — Оружие пока заберём. Вот эта «Беретта» точно не зарегистрирована нигде. Сто процентов. Поэтому… блин… надо куда-то спрятать. Потому что есть риск, что про это место они рано или поздно узнают.