Люба смогла ответить далеко не сразу. Сначала прохихкалась. Потом продышалась. Потом вытерла слезки. И лишь потом ответила:

— Коленька… Я просила ногти на ногах покрасить себе. Я сама не могу уже — живот мешает.

— Себе?!

— Себе, — для убедительности вытянула свою стройную изящную ножку — немногое из того, что у нее осталось стройного.

— А… — Ник озадаченно посмотрел сначала на ее ногу, потом на свой босой сорок пятый с тремя из пяти накрашенными розовым лаком ногтями. — Черт… Я тебя не так понял, да?

— Ага, — Люба еще раз хихикнула.

— Да кто тебя поймет с твоими хотелками непредсказуемыми. Блин… — снова перевел взгляд на свою ногу. — Вот дурак…

— А, по-моему, красиво вышло.

— Слушай, а что делать-то?

— Иди, в ванной возьми ватные диски и… Нет, я лучше сама принесу, а то ты что-нибудь напутаешь.

А потом она сидит в кресле, а он, сложив ноги «по-турецки» — на полу, перед ней. Ее стопа — на его колене.

— Коля… Ты так аккуратно красишь. У меня так не всегда получается. А ты в первый раз — и так ровненько.

— Ты еще не видела, какие я аккуратные и ровные узлы на шовном материале завязываю.

— Ник…

Он в последнюю пару месяцев спал плохо. Просыпался вместе с Любой, когда она вставала ночью в туалет. Сквозь сон чувствовал, как она ворочается. Спал чутко, чтобы, не дай Бог, не задеть ее нечаянно. А вот сегодня его по какому-то капризу нервной системы вырубило. И он не почувствовал, как она вставала. И проснулся лишь, когда Люба потрясла его за плечо.

— Что? Что случилось? — сел резко на постели. В комнату падает свет из прихожей. Люба выглядит слегка растерянной.

— Воды отошли…

Что-то вдруг ухнуло внутри.

— Точно?

— Да. По-моему, да. Ну… так много… Я в туалет встала, а оно там как полилось…

— Я посмотрю.

Его не было минут пять. Вернулся.

— Да. Это воды отошли. Убрал там. Как ты? — осторожно присел рядом на кровать. А Люба вдруг поморщилась, и он понял сразу.

— Схватки?

— Да.

— Как часто?

— Не знаю.

— Надо засечь.

— Надо, — она вздохнула, положила ему голову на плечо. Ник одной рукой привычным движением погладил ее по пояснице, другой дотянулся до телефона. Без пяти три. До утра ждать не стоит.

— Любава, у тебя все собрано, так ведь?

— Угу.

— Тогда одевайся потихоньку. А я за машиной, — он встал, протянул ей руку. Люба поднялась и вдруг прижалась к нему — боком, как только и получалось в последние месяцы. Выдохнула ему в грудь. И он почувствовал, что она дрожит. Обнял осторожно.

— Боишься?

— Да, — не понимая головы.

Ник вздохнул. Чем помочь? Как успокоить?

— Хочешь, я пойду с тобой? — погладил по темноволосой голове. — Буду там, с тобой? Если тебе нужно…

— Теть Даша скептически относится к партнерским родам. Говорит, что мужчины там лишние.

— Да мало ли что она там говорит.