— Теперь ты будешь вести себя хорошо, — шепчет она. — Тебе понравятся наши гости. Ты будешь радушной, милой, обаятельной и всем, что только делает женщину желанной. Ты будешь говорить с ними, словно послушная девочка, иначе я сделаю так, что ты больше не выйдешь за порог этого дома. Это понятно?

Я сглатываю, хмурясь в молчаливом протесте. Сжимаю губы, отказываясь отвечать.

— Ты сделаешь, как я сказала, иначе этот мальчик... Майлз...

— Не смей его трогать, — говорю я.

Она прищуривается.

— Хм... думаешь, твоя мать может навредить человеку?

— Я знаю, что ты позволишь другим причинить вред.

Пока не получишь то, что хочешь, — говорю я.

Я видела, как она делала это множество раз. Например, с моей тетей. Ее маленькому сыну было всего восемь, когда грузовик «случайно» его сбил. Он умер вскоре из-за кровоизлияния в мозг. Конечно, это не было случайностью — на грузовике был логотип одного из спонсоров кампании моего отца. Тетя угрожала разоблачить теневую деятельность отца в отмывании денег. В конце концов, он все равно выиграл, поэтому, думаю, тетя усвоила урок.

Никогда не переходите дорогу моим родителям. Моя мать худшая из всех: обычно она одна руководит всей драмой.

Мой отец в курсе только десяти процентов из того, что она делает. Я знаю, потому что однажды спросила его, и он повел себя так, будто ничего не знал об этом. Конечно, я смотрю новости, и знаю, как найти спонсоров моего отца. Я встречалась с ними много раз и знаю их логотипы. Просто так грустно, что они думают, что могут скрыть свои отвратительные поступки от меня. Словно все еще пытаются притвориться для меня хорошими.

Вот только моя мать постепенно показывала мне свои истинные цвета, как сегодня.

Я и ранее видела, что она вела себя как злобная ведьма. Но она никогда раньше не угрожала причинить кому-то боль.

Словно она добра ко мне только когда ей что-то нужно от меня. Сейчас речь идет о неких людях. Я уверена, что есть нечто большее, чем она позволяет мне знать.

Она толкает меня по коридору в гостиную, где на диване сидит пара, и, судя по их морщинам и отчаянным попыткам скрыть их, они примерно того же возраста, что и мои родители. Мальчик встает со своего места в противоположной стороне комнаты, улыбаясь как идиот при виде меня.

— Ванесса, — обращается моя мать, когда пара встает, чтобы поприветствовать меня. — Познакомься с семьей Старр.

Мальчик первым хватает меня за руку и пожимает.

— Привет, я Филипп.

— Привет, — говорю я, немного не понимая, что делать.

— Ты очаровательна. Просто идеальна для моего маленького мальчика, — говорит его мать, и я пожимаю ее тонкую костлявую руку.

Его отец щипает меня за щеку, заставляя съежиться.

— Какая милая девочка.

Я тяну за мамину руку, и она наклоняется, чтобы выслушать мой вопрос.