По дороге домой, она постоянно бормотала.
— Это неестественно.
Джекс задал вопрос с пассажирского сиденья:
— Что неестественно, мам?
— Хоронить ребенка.
Позже той ночью Джекс сообщил мне, что Лейла напилась и обкурилась, а потом сказала ему, что жалеет, что это не он утонул в том заливе. Мы оба ожидали этого момента. Но он не начал плакать, как я думала, а лишь сказал.
— Она жалкая, Эм. Я не могу ненавидеть ее, потому что мне ее слишком жаль.
— Ты самый умный человек из всех, кого я знаю, Джексон, — сказала я, и это было правдой.
За эту реплику я получила в награду одну из его милых улыбок.
На той неделе я каждую ночь возвращалась домой к своему унылому отцу, который мало говорил о смерти Брайана, за исключением того, что «пацан был наркоманом». Мне казалось, это грустно, что мой отец судил Брайана на основании действий Лейлы. Если не считать марихуаны, Брайан вообще не имел отношения к наркомании. Он был просто парнем, потерявшим отца в детстве, выросшим в дерьмовом городке с зависимостью от матери.
Мы с Джексом не удивились, когда результаты вскрытия показали, что Брайан просто утонул. Скорее всего, его затянуло сильное течение, вызванное сезоном ливней.
Одному Богу известно, в каком настроении был Брайан в ночь, когда умер, и почему он пошел купаться посреди ночи, полностью одетый, в своих чертовых ботинках. Единственное, что мы знали — это что он ушел навсегда, и все уже никогда не будет прежним ни для кого из нас.
Глава 4.
Когда посреди ночи Тревор зашел ко мне в комнату, я рыдала. Он был вялым и щурился.
— Что случилось, Эми?
Я захлопнула книгу и отодвинула ее в сторону.
— Я просто запуталась кое с чем.
Он выключил свет и лег в мою кровать. Я забралась под одеяло и позволила себя обнять.
— Расскажи мне, — сказал он ласково. Голос возле моего ушка успокаивал.
Я уткнулась лицом в его руку.
— В мой тринадцатый день рождения я нашла мертвым своего соседа, он утонул в заливе неподалеку от моего дома. На самом деле его звали Джефф, и он был просто волшебным.
Несколько секунд Тревор помалкивал, переваривая мои откровения.
— Ох, боже, Эми. Мне так жаль. Ты наверняка чувствовала себя кошмарно. Вот, почему ты никогда не хочешь праздновать день рождения?
Я кивнула в темноте и рассказала ему всю историю. Он только слушал и прижимал меня крепче, и тишина была комфортной, особенно после наших ссор. Вскорости я уснула в его объятиях.















Комментарии
Добавить комментарий