Ее лицо в форме сердца обрамляют золотисто-каштановые локоны, которые словно не хотят укрощаться. Ее невинные глаза таят в себе загадочную силу, способную приковать мое внимание.

Эта женщина чертовски красива.

— Босс? — Большой Рикки говорит, чтобы привлечь мое внимание.

Я забыл, что этот человек все еще в офисе, и, тряхнув головой, чтобы избавиться от мыслей о Виттории Романо, я убираю телефон обратно в карман.

Вздохнув, я встаю и бормочу: — Поехали в клуб.

Каждый день меня окружают красивые женщины, но ни одна из них не привлекала моего внимания так, как этот олененок с дикими волосами и глазами лани.

Глава 3

Тори

— Ты маленькая гребаная сучка! — рычит Джорджио, когда меня заталкивают в дом.

До смерти папы и Кеттины, матери Джорджио, дом моей семьи был наполнен любовью и смехом. Теперь он наполнен безнадежностью и насилием.

Ладонь Джорджио ударяет меня по затылку, и я, споткнувшись, теряю равновесие. Я падаю на деревянный пол, на полировку которого уходят часы, и сильная боль пронзает мою голову.

Сумочка соскальзывает под приставной столик, и прежде чем я успеваю подняться, нога Джорджио врезается в мой правый бок.

Я впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы не выпустить крик боли.

Когда он ударил меня в первый раз, у меня остался синяк под глазом. Я две недели не могла выйти из дома. Все в приходе спрашивали, где я, и это расстраивало Джорджио. С тех пор он не прикасается к моему лицу.

— Из-за тебя у меня есть всего месяц, чтобы найти чертову тонну денег! Придется взять часть из своих запасов.

Еще один удар ногой в живот заставляет воздух вырваться из моих легких. В глазах все туманится, а с губ срывается мучительный звук.

Задыхаясь от боли, я чувствую, как по щекам текут слезы.

Не помогают ни мольбы, ни споры. Если я осмелюсь произнести хоть слово, это только еще больше разозлит Джорджио. Мне удается свернуться калачиком и обхватить руками свою талию.

Джорджио упирается сапогом мне в спину и наваливается на меня всем своим весом, ухмыляясь: — Однажды я тебя убью.

Давление ослабевает, и я слышу, как он топает в гостиную.

Ублюдок.

Поднимаясь на ноги, я подавляю стон от боли, пронизывающей живот и туловище. Не утруждая себя захватом сумки из-под приставного столика, я, опираясь на стену, добираюсь до своей спальни.

Закрыв за собой дверь, я обязательно запираю ее и, наконец, оказавшись в безопасном месте, сползаю на пол и сажусь ровно на задницу.

По щекам катятся беззвучные слезы, и я не утруждаю себя их вытиранием.

Еще всего лишь два года.

И все равно это кажется вечностью. Неужели деньги того стоят?

Может, мне удастся сбежать посреди ночи и найти маленький городок, где я смогу работать официанткой?

Продолжай мечтать. У тебя нет ни гроша за душой.