Я выпиваю второй или третий по счету кофе из автомата, морщась от его неприятного вкуса, но только так мозги продолжают соображать.

Девочки то ли спят на креслах, то ли дремлют, прижавшись друг к другу.

Одинаково переживаю и за старшую, и за младшую. Первая кормит ребенка и не должна так нервничать. Вторая нанесла себе травму этими бутафорскими отношениями с Димой. С нее тоже хватит.

А я ни жива, ни мертва.

В какой-то момент кажется, что врач никогда к нам не выйдет, но именно сейчас он все же выходит.

Плетется по коридору, смертельно уставший, безразличный ко всему.

– Кто из вас жена пострадавшего? – несмотря на свой вид, голос у мужчины громкий и четкий.

– Я, – подхожу к нему ближе и слышу, как за спиной подскакивают дочери.

– Множественные переломы, черепно-мозговая травма и кровоизлияние в брюшную полость, – его слова звучат как удары хлыстом.

– Он будет жить? – раздается наивный вопрос от Ульяны.

– Прогнозы не даю, – хирург не щадит наши чувства, говорит прямо и как есть, – Авария была серьезная, добавьте сюда возраст вашего отца или кем он вам приходится. Пятьдесят на пятьдесят. Ночь переживет – уже хорошо.

Врач уходит, и начинается самое сложное – пережить эту ночь вместе с Кириллом.

Глава 43

Утро наступает незаметно.

Я то ли сплю, то ли теряю сознание от адской усталости, но, когда открываю глаза в очередной раз и вижу за окном белый свет, резко подскакиваю и иду к стойке, где к смене приступили уже другие медсестры.

Они более приветливые. Видят меня и тут же начинают улыбаться.

Совсем юные, еще не успели заразиться всеобщим безразличием остальных сотрудников этой больницы.

– Доброе утро, – голос хрипит после сна, голова с трудом соображает, но я тараторю уже заученный текст, – Подскажите, пожалуйста, есть ли какие-то новости о моем муже? Павловский Кирилл Федорович, операция после ДТП.

– Доброе утро, Ольга, – видимо, меня тут уже все знают, – Пару минут. Я свяжусь с медсестрой в реанимации и уточню у нее состояние вашего мужа.

Реанимация. Слово-то какое. Отвратительное.

Пока девушка с бейджем «Вероника» общается со своей коллегой, я замечаю автомат со снеками и, словно зачарованная, иду к нему.

Ничего не ела со вчерашнего утра – стоит только шоколадке с орешками попасть в мой рот, желудок скручивается в тугой узел.

А еще голова начинает кружиться от приятного сладкого вкуса, но моя эйфория длится недолго. Замечаю свое отражение в зеркале и замираю.

Волосы как будто кто-то прожевал и выплюнул. Платье все скрутилось, плащ помялся из-за сна на больничных креслах. На колготках сбоку пошла стрелка, а я и не заметила.

Не до того было вчера, а сегодня я похожа на потрепанную жизнью бабку.