А Дегтярев бойко комментировал свои ощущения от напитка, не стану повторять, с чем он его сравнивал, самая мягкая оценка была про анализ осла, больного коровьим бешенством. На мой взгляд, смелое заявление. Разве ишак может подцепить недуг, которым страдает крупный рогатый скот? И откуда Дегтярев знает, каков анализ на вкус? Он что, его пробовал раньше?

– Чаек чуть тепленький, – закудахтала Люся, – хлебайте смело, не обожжетесь!

Я еще раз посмотрела на застывшие фигуры домочадцев и почувствовала стойкое нежелание влить в себя даже каплю настоя. И тут откуда ни возьмись появилась Мафи, она подбежала к столу и одним махом опустошила мою чашку.

– Вот пакостина! – возмутилась Люся. – Сейчас еще вам налью, в колбасе много чаю, не переживайте, хватит на три-четыре порции.

Мафи оглушительно чихнула. Из пасти собаки вылетело белое облако. Псина подняла уши и издала звук, похожий на стон, нечто, смахивающее на дымок, стало медленно куриться над ее макушкой. Через секунду свернутый колечком хвост Мафуши распрямился, задрался, и из ее филейной части повалил фиолетовый дым. В гостиной ощутимо завоняло не очень чистым туалетом, где интенсивно использовали дезодорант с ароматом лаванды.

Потом Мафи икнула, вздыбила шерсть, села столбом и тоскливо завыла. Из ее пасти вываливались клубы синего дыма.

– Что это с ней? – удивилась Люся. – Вам налить свеженького?"

"– Не-ик надо, – прозаикалась я, изумленно глядя на утопающую в лиловом облаке Мафи.

– Ик! – звонко произнес Дегтярев.

– Господи, – прошептала я, наблюдая, как от головы полковника исходит дым того же цвета, что и из попы собаки, – о‑о‑о! У тебя из ушей чадит.

Следом за Александром Михайловичем икать начали Машка, Игорь и Феликс.

– Вкуснота! – причмокнула Люся, допивая вторую порцию. – Бодрит, веселит, оздоравливает.

Мафи свалилась на бок и оглушительно захрапела.

– И успокаивает, – показывая пальцем на заснувшую собаку, заявила домработница. – Эффект сногсшибательный!

Ко мне вернулся голос.

– Людмила, похоже, вы щедро положили в чаек лаванды. И где нашли ее? На кухне среди специй ее нет. Не употребляю это растение в пищу.

– И зря, – укорила меня домработница.

 – Эти цветы, кстати, полезнее лука и морковки. Взяла в гардеробной мешки, которые там висели.

– Со средством от моли? – удивилась я.

– Ага. Вытрусила оттуда лаванду в колбасу, – продолжала Люся. – Немного не хватило, на два стакана воды нужно полкило кустарника, а у меня было четыреста девяносто восемь граммов, очень аккуратно всегда составляющие на весах отмеряю, но я подумала, что это не принципиально!

– Меня травят, как моль! – закричал полковник.

Я обрадовалась, ура! Дегтярев заговорил.