Я получаю удовольствие от жесткого траха, а она получает удовольствие от грубого обращения.

Я врываюсь в нее сквозь ее оргазм, ударяя по чувствительному месту снова и снова. Ее губы складываются в тихий крик, и ее спина выгибается дугой, отрываясь от ковра.

Она не пытается ослабить ремень на своем горле. Нет даже этого естественного инстинкта самосохранения.

Это потому, что она верит, что я не убью ее.

Не причиню ей боль.

Не… обману ее доверие.

Я отпускаю ремень, когда ее лицо становится слишком красным, а затем поднимаю ее, обхватив рукой за спину. Теперь, когда она сидит у меня на коленях, угол наклона глубже, и я толкаюсь быстрее снизу.

— Ты берешь мой член, как хорошая девочка, — я собираюсь снять с нее платье, но Саша обвивает руками мою шею и прижимается губами к моим.

Она целует меня как сумасшедшая, подстраиваясь под мой ритм. Ее задница шлепается о мой пах снова и снова.

Ну, блять.

Мне не требуется много времени, чтобы кончить в нее. Моя жена не перестает целовать меня, вращая бедрами, поднимаясь и опускаясь в медленном, соблазнительном ритме.

Я отстраняюсь от нее.

— Ты массируешь свою киску моей спермой, solnyshko?

Ее яркие глаза встречаются с моими.

— Разве ты не делаешь это все время?

Да, делаю. Но я не знал, что ей это так нравится. Я медленно выскальзываю и перемещаю ее так, чтобы она сидела на моих раздвинутых бедрах. Моя сперма и ее возбуждение капают на ковер.

— Такая грязная, — я собираю свою сперму с ее половых губ и засовываю ее обратно в нее.

Саша вздрагивает, сексуальная улыбка приоткрывает ее рот, когда она приподнимается на моих пальцах.

Она все еще гоняется за остатками своего оргазма, судя по ее дрожащим ногам и сжимающейся киске.

Я потакаю ей, мне слишком нравится ощущать ее в своих объятиях. Я трахал Сашу четыреста двадцать раз, а искра все та же.

Что? Конечно, я все еще считаю.

Через некоторое время я отпускаю ее, а она прижимается ко мне, ее голова прячется в моей шее, а ноги обвиваются вокруг моей талии."

"Мы проводим так несколько мгновений, прежде чем я говорю:

— Ты не собираешься рассказать мне, что с тобой происходит?

Она вздрагивает рядом со мной, ее сердцебиение учащается у моей груди.

— Откуда ты знаешь, что что-то происходит?

— Потому что ты ведешь себя ненормально, а я замечаю в тебе все.

Она отстраняется, но продолжает сжимать пальцами мой затылок.

— Ты можешь дать мне время?

— Сколько? День? Два?

— Немного больше. Мне… сначала нужно встретиться со своей семьей и…

— Нет.

— Я не могу просто избегать их вечно. Точно так же, как ты не можешь запереть Антона на всю жизнь.

— И то, и другое вполне выполнимо.

— Кирилл, — говорит она с ноткой разочарования. — Будь благоразумен.

— Я совершенно благоразумен.