Я боюсь, что мой отец никогда не смирится с тем, что я не смогу возглавить семейный бизнес, и я уже знаю, что он превратит мою жизнь в ад, но я научился продолжать играть с этим страхом.

Я пожевала нижнюю губу, потому что начинала нервничать. Я опустила взгляд на коньки, потому что не хотела показывать ему, что он прав. Возможно, это поможет справиться со страхом и не давать этому чувству больше силы.

— Но что, если это не сработает для меня? — Спросила я Уэстона, глядя на него сверху вниз.

— Чего бы ты ни боялась, ты можешь справиться со страхом и не давать ему силы, Луна.

Нервозность разлилась по моему лицу, и я почувствовала, что все мое тело дрожит. Мысли кружились в голове, все вокруг казалось таким тяжелым, но мне даже не пришло в голову выбраться из этой ситуации. Нажать аварийную кнопку, которую я обычно нажимаю внутри себя.

Я хотела остаться здесь.

Он дал мне почувствовать, что бояться — это нормально.

Бояться чего-то.

— Я не знаю, смогу ли я это сделать. Я пробовала, но лучше не становится. — Объяснила я ему, какие мысли крутились у меня в голове.

Все связи вокруг моего страха постоянно возвращали меня в прошлое.

— Луна, все в порядке. Тебе можно бояться.

Не знаю, как и почему, но Уэстон понял меня, не зная, в чем причина моего страха перед глубокой водой.

— Но… — Начала говорить я.

Он фыркнул.

— Ну и хрен с ним.

Уэстон взял мое лицо в свои руки и, не раздумывая, прижался к моим губам.

Я не знала, что именно здесь происходит, но когда я на мгновение разделила наши губы, чтобы удостовериться, что именно сейчас происходит между мной и Уэстоном, я снова прижалась к его губам, и это было самое прекрасное ощущение.

Щекотка на губах, близость наших тел, его руки на моих щеках.

Мне казалось, что мои щеки вот-вот загорятся, потому что они светились под его ладонями.

Наши губы идеально двигались навстречу друг другу.

Все мысли взрывались в моей голове, я думала о стольких вещах и ни о чем одновременно. Когда поцелуй усилился, я даже не могла описать то, что происходило внутри меня.

Уэстон позволил себе проникнуть языком между моих губ, и в животе у меня внутренне завязался клубок, который вот-вот должен был взорваться и пустить бабочек по всем венам и фибрам моего тела.

23. Уэстон"

"Одна мысль не давала мне покоя — этот поцелуй казался таким невероятно правильным. Я хотел бы никогда больше не отрывать своих губ от губ Луны. Все внутри меня, включая мой член, стремилось к ней.

Я почувствовал, как мой член танцует сальсу, прижимаясь к ткани джинсов. Я был уверен, что она чувствует то, что делает своими губами на моих, настолько близки были наши тела.

Между нами не поместился бы даже лист бумаги.

— Черт. — Сказала Луна, прервав поцелуй.