Я замерла, тяжело дыша открытым ртом, а потом уперлась руками в грудь, к которой меня прижимали, и начала неистово вырываться.

– Тише ты, глупая! – Рейхо, а это был он, прижал меня еще сильнее, легко ломая сопротивление. – Все закончилось, ты со мной, ты в безопасности!

Звуки боя давно стихли, да и можно ли это было назвать боем? Вряд ли сектанты, задумавшие возродить Сиулмирана, пришли на обряд вооруженные чем-то большим, чем ритуальные кинжалы. Я слышала только стоны тех, кто, как и я, был ослеплен или оказался ранен. А еще присутствие множества людей, которые сновали вокруг меня, бряцая оружием.

– К-как вы… – еле выдавила я из себя, заикаясь и клацая зубами от нервного напряжения, – к-как вы н-нашли меня?

– За принцем давно следили. Даже штучки твоей бабки не помогли ему скрыть свои намерения от сильнейшего менталиста в Амидарейне. Иди сюда, нам пора уходить. И можешь открыть глаза, все уже закончилось.

Я судорожно вздохнула, пытаясь успокоиться, но руки продолжали дрожать.

– Он-на мне н-не б-бабка! – я хорошо запомнила слова Иэлениль и не собиралась их забывать. – Ч-что вы с н-ней сделали?

– Не переживай, она и принц живы, теперь их ждет суд и наверняка смертная казнь.

Он подхватил меня на руки, заставляя ухватиться за его шею. Я прильнула сильнее, чувствуя, как колотится его сердце, как тяжело, будто кузнечные меха, наполняется воздухом его грудь. И хриплое, срывающееся дыхание над моей головой.

– М-мне нужно в Лиссавию, – прошептала я, начиная успокаиваться.

– Нет, милая, там тебе делать нечего. Теперь ты только моя.

Эти слова дазган произнес настолько непоколебимым тоном и так крепко прижал меня к себе, что я внезапно осознала: Рейхо пришел сюда за мной, и он меня не отпустит. Он одержим мною, и одержимость эта никуда не делась!"

"– Подождите! – от неожиданности, я открыла глаза и уперлась руками в его грудь. – Мне нужно в Лиссавию! Вы не понимаете!

Лицо Рейхо оказалось в опасной близости от моего. Я уставилась на него в упор, отмечая, как по белоснежной коже даханна раз за разом проходит легкая дрожь, смазывая черты, и поняла, что он буквально в шаге от обращения в драха. Его руки сжались сильнее, причиняя мне боль, и я пискнула, почувствовав, как мою кожу царапают когти.

Его лицо застыло, как маска, сияние вспыхнуло и погасло, руки слегка разжались.

– Извини, – хрипло выдохнул он, – я не хотел…

Я огляделась. На каменном полу пещеры тут и там темнели бурые пятна крови и валялись ошмётки черной ткани, в которую были закутаны поклонники Сиулмирана. Но трупов я не заметила, наоборот, около десяти мужчин стояли у выхода, повернувшись лицом к стене, а их руки и ноги были скованы цепями из серебристого металла.