Обидно, конечно, что такой зануда за собственным рулем станет ездить, зато, если с квартиры окончательно свалит, будет просто зыкански."

"…Брат отбыл. Благополучно добрался до своей Африки и примерно раз в месяц строчил открытки. Писал редкостную пургу, просто читать тошно, а вот картинки на открытках были прикольные: то увешанные бананами пальмы, то унизанные бусами папуаски…

В квартире сразу стало спокойно, тем более что мама с упорством маньяка продолжала пахать на полторы ставки. А у Митяя получалось и без проблем выпить, и с друганами пошариться, и, когда находил стих, даже пописать маслом…

Но лафа длилась совсем недолго, потому что брат, хотя обещал торчать в своей Того-Гане целую пятилетку, явился через два года. Под смехотворным предлогом, что жена опять понесла, беременность протекает сложно, и ему, видите ли, страшно, что все может плохо закончиться, если рожать не у московских светил, а под патронажем местных негритянских медиков.

И стало еще хуже. Племянница Машка хотя уже и вышла из пеленок, а орала по-прежнему громогласно, да еще и братова супружница со своим огромным пузом и беременными капризами вечно под ногами путалась. И когда веселое семейство свалит – тоже непонятно, потому что на кооператив Клим накопить не успел. За свою отлучку всего шесть тысяч намыл. Только тачку и можно взять, да и то, если удастся по госцене, потому что на черном рынке самый простой «жигуленок» влетит минимум в девять.

Но брат про машину и слушать не хотел. Трепал, что прежде всего – жилье, а автомобиль – не более чем роскошь. Надо ж быть таким дураком! Чего бы сегодняшним днем не пожить? Раз на хату не хватает – бери хоть тачку, а любимому брату пиши доверенность! Как можно, чтобы немалые бабки зря пылились?! В ржавой коробке из-под чая? Аппетитные, аккуратно перевязанные пачечки сторублевок!

А брат с кислющей рожей ходит, будто их и нету! Ладно, не хочешь машину, пусть бы мотик себе взял или нормальными кроссами обзавелся, а то хотя за границей и прожил, а в голимом «Ботасе» ходит.

Или еще есть вариант: фарцу провернуть. Накупить в «Березке», благо возможность есть, импортных шмоток и перепродать втрое. Тогда б и на машину, и на кооператив хватило.

Но Клим – он будто с другой планеты, ни на одно нормальное предложение не соглашается. И жена у него тоже чокнутая. Хоть и с животищем, а добросовестно мечется по магазинам, парится в очередях, триумфально вываливает на кухонный стол вырванный в жестоких боях оковалок мяса. А потом режет его на порции с гулькин нос и к каждой приляпывает бумажечку: «На суп», «На заливное»… Тоска смертная.

И тогда Митяй решил: не хотят сами крутиться – поможем.