Он пытался представить придуманную ими историю глазами обывателя, со стороны и не мог понять — на основе каких данных в ней крепнет уверенность. Ведь даже то, что ему известно от третьих лиц не дает и шанса на положительный исход, им придется с боем вырывать Соню. Ее отцом не может быть Кирилл, и Макс это знает.

Его появление в палате Грэга Элизабет отметила корявой шуточкой.

— Вот мы и дождались Мастера, а где же Маргарита?

— С такой незнаком.

— А впрочем мы и без нее разберемся, — Элизабет отпила шампанское из бокала и грациозно поднялась из кресла у окна.

Они ждали его от силы минут десять, но судя по всему с комфортом, во всяком случае, для Лизи. На столике стояла початая бутылка ее любимого шампанского и еще два бокала, шоколад, который не любил МЧ, клубника, которая вызывала отвращение у Грэга. Уловив цветочный запах, он обернулся. «Чтобы добить супруга стоило принести цветы». Букета в палате не было, однако на широкополой шляпе Лиз светились белыми лепестками три лилии с дурманящим запахом. Мягким движением она сняла ее и легко положила на тумбу возле кровати.

— Приступим. — Вернувшись к столику, наполнила два бокала и протянула их мужчинам. Ее нисколько не смутило, то что Грэг метнул шляпку в сторону дверей, а МЧ перехватив, вынес в коридор. — Пожалуй, стоит начать с основного.

— Дорогой, учитывая, что твоей сучкой пользовались все кобели Киева, я представить не могу, на какой чистокровный выводок ты рассчитываешь.

— Элизабет, тебе что-то известно? — голос Грэга был пустым.

— Только лишь то, что тебя ожидает большой сюрприз в лице дочери — бракованный подкидыш.

— Не хочешь поделиться достоверной информацией? — она взглянула на спросившего МЧ и сладко улыбнулась.

— Для этого я вас и собрала. Грегори, а знаешь ли ты что трюк по отмазке этой дряни реален? Они знакомы давно-давно и очень-очень близко, чтобы делать весьма щедрые подарки.

Документы на маленький домик упали на руки Грэга. Макс постепенно начал осознавать, что его вмешательство в дела бывшей Алевтины Баевой становятся ничем иным как проявлением личной заинтересованности. Где-то в сознании мелькнула догадка о том, почему Полина настаивала на реальности игры. Но еще не понятно почему она уверена в положительном исходе."

"Чувство нереальности происходящего, некой сценической постановки сейчас было особенно острым. Словно с первых зрительских мест Макс видел, как Грэг напрягся и немного подался вперед. Его удивление было сыграно отменно, однако триумф в глазах Лизи казался неподдельным.

— Это что?

— Маленький подарок от Макса вашей общей шалаве. — Слово «общей» он подчеркнула интонацией.

— Змеиный язык следует держать за зубами.

— А ее хвост за ширинкой штанов. — Вернула она мужу и обратилась к МЧ.