Даже тот факт, что дома у меня был целый сундук с пряностями, меня никак не останавливал.

Продавец, сухощавый мужчина с проницательными глазами и усами, закрученными вверх, как у восточного мудреца, наблюдал за мной с легкой усмешкой. Он, должно быть, привык к подобной реакции.

— Что-нибудь приглянулось, госпожа? — спросил он, его голос был тихим и хриплым, словно шелест осенних листьев.

Я судорожно сглотнула, пытаясь прийти в себя.

— Все! — вырвалось у меня, прежде чем я успела подумать.

Продавец усмехнулся шире.

— Все — это слишком много, даже для такой любительницы пряностей, как вы, госпожа.

Позвольте мне угадать... Вы ищете что-то особенное?

Он знал, как зацепить. Я не могла устоять перед таким предложением.

— Что-нибудь... необычное. Что-нибудь, чего я еще не пробовала, — прошептала, чувствуя, как азарт охватывает меня.

Продавец кивнул и, словно фокусник, достал из-под прилавка небольшой глиняный горшочек, запечатанный воском.

— Это... секрет, — прошептал он, понизив голос. — Смесь, которую я делаю сам. Рецепт передавался в моей семье из поколения в поколение. Она добавит огня и страсти в любое блюдо.

Я с осторожностью приняла из рук продавца горшочек и с замиранием сердца сняла крышку. По носовым рецепторам тут же ударил аромат сельдерея, кориандра, майорана, мяты, шафрана, лаврового листа, укропа, петрушки, чабера, базилика и жгучего красного перца.

""Не может быть!"" — подумала я, узнавая этот знакомый и любимый букет. — ""Это же аджика!""

Я с трудом сдержала улыбку. Аджика! Семейный секрет, передаваемый из поколения в поколение! Впрочем, лукавство продавца не раздражало. Скорее, забавляло. В его глазах горел азарт, а в голосе звучала неподдельная гордость за свой ""секретный"" продукт.

И, в конце концов, разве не в этом магия рынка? В умении создать легенду, обернуть обыденное в нечто особенное?

Я принюхалась еще раз, позволяя аромату аджики заполнить мои легкие. Да, это была именно та аджика, которую я любила. Насыщенная, острая, с богатым букетом трав и специй. Такая, что согревает изнутри даже в самый холодный день.

— И сколько стоит этот... секрет? — спросила у продавца, стараясь сохранить серьезное выражение лица.

Старик хитро прищурился.

— Для вас, как для ценителя, особая цена.

Пять золотых монет.

Пять золотых! За горшочек аджики?! Это было дорого. Очень дорого. Но, с другой стороны, я еще нигде не видела, чтобы острый перец продавали в свежем виде, только лишь в качестве порошка.

Наш торг затянулся на добрых сорок минут. В конечном итоге мне удалось снизить цену чуть ли не вдвое! Зато какое удовольствие я получила от торга! Не описать словами!

Я достала из кошелька две золотые монеты и десять серебряных и протянула их продавцу, который принял их с благодарным кивком.