— В таком случае своего драгоценного детеныша она не получит, — пожал плечами я.

— Убьешь его?

— Зачем же? Я же не чудовище, — я глотнул из кубка. — Я поступлю с ним по-другому…

ГЛАВА 37

— Усыновлю его и выращу в непримиримой ненависти к своему народу, — продолжал я. — Воспитаю, а потом сделаю великим истребителем морелюдов. Все лучше, чем ребенок моей дуры-жены.

— Порой ты пугаешь меня, Грэм, — Фридрих покачал головой. — Вообще, существует ли что-то, способное смягчить твою жестокость дракона?

— Когда встречу свою истинную, и обрету семейное счастье, — я криво ухмыльнулся и потрогал свой шрам.

 — Но мне это точно не грозит, друг мой.

— А как же Амара? Я думал, она — твоя истинная…

— В постели — так очень на то похоже. Что касается остального… — помолчал. — Не знаю… После того, как избавлюсь от Виолы, я точно не женюсь сразу. Даже на Амаре.

Мне вдруг вспомнилось то видение, которое наслал на меня коварный Дэйган, когда рядом с ним плавала девушка с длинными волосами…

Я не видел ее лица, и лишь отдаленно увидел ее фигуру. А потом была полная наслаждения ночь в постели с Амарой.

И все-таки, то видение было, как сон.

И немного, как чудо.

Хотя я столько повидал всего в жизни, что меня, кажется, уже ничем не удивишь."

"Это все шуточки Дэйгана.

Мой дракон вздумал немного поморочить мне голову и намекнуть, что мне необходимо озаботиться поиском истинной и заключением с ней драконьего союза.

Похоже, Амара в этом качестве его все-таки не устраивает.

Очень вовремя!

Сначала мне нужно заделать Виоле ребенка и избавиться от нее, а потом уже думать о чем-то более возвышенном.

После выхода из комы что-то с слабоумной не так, а мне никак не хватает времени, чтобы сесть и спокойно рассудить — что.

Врачеватель предупредил, что после такой травмы возможны сильные перемены в поведении, но чтобы настолько…

Ничего, отловлю русальчонка и вплотную займусь своей дурацкой женушкой.

Пришла пора наконец-то избавиться от раздражающего присутствия этой безмозглой пустышки…

Пустышки ли — вкрадчиво поинтересовался внутренний голос.

Как Виола разобралась с Мердоком, который приставал к служанкам!

Так яростно и вдохновенно била его ремнем — не могу не признать, что это было завораживающее зрелище.

Нет, поначалу я решил, что женушка снова выкидывает свои штучки и напала на беззащитного слугу. Только Мердок оказался никаким не беззащитным.

А с каким восторгом на Виолу смотрели работницы хлопковой фермы, как ей хлопали. Она стала для них заступницей, хозяйкой, которая реально позаботилась о них и отомстила за грязные домогательства.

Этот случай не вязался с образом легкомысленной особы, которой плевать на слуг.