Желание заполнило пространство между нами, тяга друг к другу, которой невозможно было сопротивляться.

Я закрыл глаза и со стоном прижал девушку к себе, вдыхая её цветочный аромат — так пахнут луговые травы утром, когда они в росе.

Моя.

Податливая, теплая, восхитительная истинная.

Найдя ее нежные сочные губы, накрыл их своими, и мир вокруг исчез, потому что Виолетта не оттолкнула.

Она ответила на мой поцелуй с не меньшей страстью, чем у меня.

Сама прижалась ко мне, и я, сходя с ума от счастья, целовал ее руки и плечи, ее шею и изящные ключицы в вороте моей рубашки.

Сама расстегнула пуговицы, одну за одной, и плавным жестом сбросила ее на пол, огорошив и воспламенив меня одним только видом своего гибкого обнаженного тела.

Тогда на пляже, я мельком видел ее полуобнаженной, но сейчас это чувствовалось и воспринималось совсем по-другому.

Сейчас Виолетта хотела этого сама. Она хотела меня — это было в ее прикосновениях и глазах, загадочно светящихся, словно созвездие из двух волшебных звезд.

Какую же бурю эмоций вызывала во мне эта девушка, эта иномирянка! С ней все было по-другому.

С ней все было, точно в первый раз.

Я никак не мог ей насытиться и все оттягивал кульминацию, хотя ее глаза потемнели от страсти и, явно нарочно подталкивая меня, она делала такие вещи, что я сдерживался, будучи на последнем пределе.

Но мне хотелось доставить ей удовольствие, хотелось, чтобы в первую очередь насладилась она. Ее стоны были, словно музыка, на которую я сразу же прочно и основательно подсел, желая слышать ее еще и еще."

"Лишь бы слышать эти дивные звуки бесконечно, словно пение сирены.

Я запоминал в ней каждую деталь, каждую родинку, звук ее сердцебиения и ритм дыхания, чтобы потом снова и снова воскрешать в памяти то счастье, которое познал.

Которое она подарила мне.

Я знал, что то, что произошло этим утром, останется с нами навсегда, словно знак бесконечности, связавший и закольцевавший наши судьбы.

Виолетта — моя, моя истинная, моя любовь, моя жизнь.

И когда мы, обнаженные и обессиленные, крепко обнявшись, лежали в постели, я спросил ее:

— Ты выйдешь за меня?

И она ответила:

— Да.

ГЛАВА 106

Белым гребешком в виде сверкающих лилий Присси прикрепила к моим волосам на затылке фату и отошла, чтобы полюбоваться делом рук своих.

— Госпожа Виола, вы прекрасны!

— Сколько раз просила не называть меня госпожой! — нахмурилась я.

— Я в жизни не видела такой красивой невесты, — с умилением продолжила девушка, не обратив внимания на мое замечание. — Когда вы выходили замуж в первый раз, то были под хм… Косметиями. К тому же, некоторые сочли дизайн вашего свадебного облачения немного странным.