― Вы обжимались по углам все то время, которое он провел здесь, ― раздраженно заметил Колин.

― Ну я же ничего не говорю вам о том, как вы обжимаетесь с Карен! ― выкрикнула, а потом застыла. Кровь похолодела, когда я осознала, какую чушь произнесла вслух. Я не имела права указывать ему на то, как он вел себя со своей невестой, и уж тем более не имела права разговаривать так с ним.

Мастерс нахмурился сильнее и подался вперед.

― Напоминаю: мы с Карен помолвлены. То, чем я с ней занимаюсь, никого не касается, и уж тем более тебя.

― Да, прости, ― ответила я, опуская голову.

― Я даю тебе пару дней, Милана. ― Я резко подняла голову вверх, страшась услышать то, что он собрался произнести. ― Если твое поведение не станет нормальным… приличным, тогда ты должна будешь собрать вещи и покинуть мой дом. Это ясно?

― Да, мистер Мастерс. ― Он посмотрел на меня, нахмурившись. ― Колин, ― поправилась я.

Он откинулся на спинку кресла и теперь смотрел на меня по-деловому, как смотрит в офисе.

― Завтра летим в Сан-Франциско. Русские прилетают туда, у нас будет деловой ужин и небольшая встреча днем. Вылетаем утром, возвращаемся после ужина.

― Да, хорошо.

О работе говорить ― вот что хорошо. Это безопасно и знакомо, и нет ощущения, словно я ступаю по минному полю, имя которому Колин Мастерс.

― Через два дня у нас встреча с адвокатом по поводу предстоящего судебного процесса. Я подал свое заявление, и его приняли. Осталось пережить суд и, возможно, одну-две встречи с опекунским советом. На этом, думаю, все закончится положительно для тебя."

"Я смотрела в его глаза с благодарностью.

― Колин, я все хотела спросить…

― Спрашивай.

― Зачем ты подал заявление? Тебе ведь не нужны эти дети.

Он задумчиво потер нижнюю губу, не сводя с меня взгляда, от которого по коже бежали мурашки.

― Потому что так шансы выше.

― Но потом… когда мы…

― Разведемся? ― Я кивнула. ― Я не собираюсь отказываться от взятых на себя обязательств, Милана.

― Но зачем кому-то чужие дети? ― все еще не понимая, спросила я.

― Считай, что это адресная благотворительность.

Я кивнула, хотя все равно никак не могла взять в толк, зачем Колину лишний груз, учитывая, что он собирался жениться на своей невесте и наверняка завести собственных детей.

― И у меня еще один вопрос. ― Он кивнул, побуждая озвучить то, что меня мучило. ― Сколько денег я должна за адвоката? ― вышло совсем тихо, едва слышно.

― Нисколько.

― Но…

― Иди, Милана, у меня дела. И будь готова завтра в семь.

― Хорошо. ― Я подошла к двери, открыла ее и, помявшись, снова повернулась к Колину. ― Спасибо.

― Пожалуйста, ― коротко ответил он.

Как только вышла в коридор, наконец сделала долгий выдох. Кажется, я совсем не дышала в его кабинете.