Горько плакала, долго, пока в душе только пустота не осталась, а потом забылась крепким сном.

Утром проснулась от холода – медведя рядом не оказалось. Ярина зябко поежилась, встала, отряхнула налипшую на сарафан землю и задумалась о том, что ей делать дальше.

В деревню возвратиться она не могла, родичей у нее не было, одна, получается, на всем белом свете осталась. Так горько ей стало, так обидно, что слезы снова на глазах выступили, но Ярина смахнула их и зло прошептала:

– За каждую слезинку мою они ответят!

Плачь не плачь, а идти ей было некуда. Усевшись под деревом, Ярина стала вспоминать, что слышала от деревенских. Рядом было село, куда батюшка молоко продавать ездил; может, там она могла бы счастья попытать?

На поляну вышел медведь. Ярина посмотрела в его темные глаза и спросила:

– Ты-то чего привязался ко мне? Думала, сожрешь, косточек не оставишь, а ты…

Косолапый подошел ближе и оказался таким большим, что возвысился над Яриной, как гора. Она протянула руку и потрепала медведя меж ушей, а тот и рад – сам потянулся к ней, носом в плечо ткнулся.

– Мне бы…

Ярина не договорила: закружилась голова, заломило виски. Ничего понять не успела, смотрит, а перед ней она сама сидит, рот открыт, глаза туманом затянуты и в небо устремлены.

Ярина попятилась, неловко завалилась набок, принялась сучить ногами и почувствовала, что не ноги это вовсе, а могучие мохнатые лапы. Попыталась закричать, но из горла снова рев вырвался.

«Да что же это?! – в ужасе подумала Ярина. – Неужто я еще сплю?!»

Кое-как поднявшись на лапы, она сделала несколько неуверенных, робких шагов. Медвежье тело оказалось неповоротливым и тяжелым, управиться с ним было непросто. Большая голова опускалась к земле, нос утыкался в лесной мусор, Ярина от натуги мысленно кряхтела, а из медвежьей пасти вырывался жалобный скулеж.

Поняла Ярина одно: медведь ее оказался медведицей.

Она кругами ходила около своего тела, всю траву смяла, все кусты сломала, никак не могла понять, как ей снова стать человеком. Дурная мысль в голову пришла: а что, если в деревню вернуться да наказать обидчиков? Но Ярина быстро отказалась от этой затеи – стало жалко медведицу.

Подойдя к своему телу, она улеглась, положила большую голову на свои колени, закрыла глаза.

«Ну, давай же! Хочу в человеческое тело вернуться!»

Резко вышибло из нее дух, закружилась голова. Опрокинувшись на спину, Ярина раскинула руки и рассмеялась от облегчения:

– Получилось!

Медведица заворчала, поднялась с земли и побрела в чащу. Не понравилось ей, видать, человека в своем теле чувствовать.

– Эй, Бурая! – выкрикнула Ярина, вскакивая на ноги.