Вот и трое шоферов появилось, в чьи обязанности входило только перевозить меня с места на место. Охрана тоже разрослась, в любой момент времени я мог поднять в ружье почти сто человек. И это не считая еще двухсот, которые в этот момент отдыхали.

— В «Соль и перец», — велел я.

— Домчим с ветерком, ваше благородие, — с улыбкой отозвался Сергей, и автомобиль тронулся с места.

Я взглянул в окно и без каких-либо мыслей наблюдал, как снегопад продолжает накрывать город. Столик у меня зарезервирован на семь вечера — времени, чтобы доехать, несмотря на погоду, хватало.

Было приятно осознавать, что мои действия по снятию проклятья с военных начальников принесли свои плоды. Конечно, без этого Герасимов все равно бы получил доступ к нужным сведениям, но так вышло намного быстрее.

Что Завьялова с ее приемами, что вдова Кантемирова — обе и без того собирают слухи. А стоило задать им вопрос, чтобы конкретизировать свой интерес, обе женщины принялись не только слушать гостей, но и вспоминать ранее не воспринятые всерьез сплетни.

Конечно, многие женщины, желающие получить красоту и молодость, были готовы закладывать собственных мужей ради этого. Однако настолько грубо я действовать не стал. Во-первых, это было бы крайне неосмотрительно, возможно, даже губительно для их браков. Во-вторых, задавая вопросы лично, я бы однозначно привлек внимание чародея, который и накладывал проклятье.

И не то чтобы я его боялся, но надеялся, что этот убийца магов способен доставить мне проблем, если узнает, что я под него копаю. Да и, откровенно говоря, так было интереснее.

Обучение Антонины Владиславовны продолжалось, заканчивалась подготовка к открытию академии, заказы на артефакты сыпались, как из рога изобилия. И мне просто необходимо было иметь хоть какое-то развлечение.

Став вхожим в высший свет Российской Империи, я быстро заскучал. А так у меня появилась идея, чем заняться на этих раутах, приемах, балах и посиделках. И, к сожалению, игнорировать мероприятия стало невозможно."

"Когда его императорское величество Виктор объявил на всю страну, что артефакты исцеления созданы мной, мой особняк был взят в осаду страждущими. Рабочая почта, телефоны, письма — в ход шло все, до чего вероятные пациенты могли дотянуться.

Поэтому, чтобы появилась возможность продолжить нормальную жизнь, я теперь посещаю светские мероприятия, где ко мне подходят те, кого представят хозяева.

И всех все устроило. Особой разницы между благородными семьями я не делал. Приглашения мне поступали постоянно, так что ходил на эти дворянские встречи, как на работу, пять дней в неделю.

Отказывать я никому не отказывал, но очередность доступа на мое лечение теперь определяли хозяева мероприятия.