Пока же придется доказывать все делами.

— Там Детям в коридоре. Он тоже хочет тебя увидеть.

Вздыхаю, прикрыв глаза. Да уж то, что Богдановский здесь, как раз неудивительно. Поэтому и с Алиной я отправил именно его.

— Или, может, лучше врача? — вдруг дергается она. — Я сейчас, они…

— Тише, — прошу, хватая за руку любимую, которая уже готова бежать. — Не надо пока никого.

Прикрываю глаза, переживая очередной приступ боли.

— Побудь еще немного со мной, ага? А потом уже и Демьян.

Чувствую осторожное прикосновение к плечу. Глаза открывать так лень. Сейчас я знаю, что не один. Что рядом та, что вдохнула в меня жизнь. И знаю, что она не уйдет. В этом я уверен на сто процентов. Потому что Воронов не должен был привозить ее сюда. И Алина могло здесь оказаться только в одном случае — если довела Игната до ручки. А значит, друг мне еще выскажет все позже.

— Я люблю тебя, Сереж, — тихо говорит моя бедовая девочка. — Не бросай нас.

— Никогда, — шепчу в ответ, прежде чем снова провалиться в темноту.

39 Алина"

"Север проводит в больнице почти две недели. Навещать мне его особо не позволяют, объясняя банальной безопасностью. Я уже успела надумать по этому поводу всякого, но Марк поймал меня в гостиной и обстоятельно объяснил, что к чему. Конечно, в подробности того, как подстрелили Сергея он не вдавался. Но после этого я набралась терпения и стала ждать.

Когда Север тогда пришел в себя снова, он переговорил наедине с Демьяном, а после нас отвезли к нему домой.

И, собственно, все. Мне оставалось только ждать. По утрам появилась тошнота, и я почти перестала есть. Да и в целом мне ничего не хотелось. Если поначалу я хотя бы как-то заставляла себя вставать и помогать Валентине, то последние три дня вообще не выхожу из спальни Сергея.

Скучаю по нему так, что каждую ночь вижу во сне. Теперь это, правда, не кошмары, а сны, в которых мы вместе. Пару раз мне даже снился наш малыш. Я почти не рассмотрела его, но проснулась вся в слезах. Слишком реально было то, что я увидела.

Сегодня мое утро вновь начинается с тошноты. Я успеваю лишь попить воды, как меня опять выворачивает. Обессиленно прислоняюсь к стене, обещая себе, что это только на пол минуточки, и я тут же встану.

— Алина! Ты что на холодном сидишь! — возмущенно ворчит Валентина.

Открываю глаза вижу, как она торопливо подходит и тянет меня наверх.

— Да-да, я просто… Что-то мне… — не договариваю и, развернувшись к раковине, снова издаю не самые красивые звуки.

— Совсем сине-зеленая, — цокает языком экономка, когда я в очередной раз умываюсь и надеюсь, что на сегодня это последний заход.

— Я пойду прилягу.

Она провожает меня до постели. Помогает устроиться, а затем уходит. Я почти проваливаюсь в сон, когда снова слышу щелчок замка.

— Вот, давай, попей, — говорит Валентина.