Шар чёрного пламени заставил его потерять равновесие, а мощный порыв ураганного ветра приложил его в стену.

Барьер разлетелся вдребезги и исчез. Я начал вставать. Разъярённая Катерина вытянула перед собой руки. Оттуда летело всё то, что ей вживили, почти все поглощённые её прадедом души Небожителей. Огонь, молнии, ветер, лёд, всё разных цветов. Было жарко и холодно одновременно. Дым из помещения выдувало.

— Оставь ты нас! — снова прокричала она.

Я добавил красным огнём. Ещё немного. Ещё… Бокан махнул рукой.

Громова вдруг подлетела и врезалась в меня. Пусть и весила она немного, но этого хватило, чтобы я снова упал. Бокан налетел на нас, размахиваясь копьём.

Оно врезалось в щит, огромный, ростовый, с шипами, торчащими из него, красными и мерцающими. Катерина легко держала его левой рукой. Что-то из оружия прошлых Небожителей. В правой сначала появилась длинная алебарда. Потом гибкий меч-хлыст, и следом огромная булава, которая чуть не пробила пол.

Бокан отходил. Дальше нападал я. Цепи вернулись. Проломлю ему башку и всё, конец.

Ещё немного. Ещё…

Он напрягся и исчез.

А следом копьё пронзило мне бедро. Я потерял равновесие и взмахнул цепью. Он ушёл, вырывая копьё, и только после этого я почувствовал боль.

— Рома! — крикнула Катерина, выпуская оружие.

— Нет! Не останавливайся.

Поздно. Один удар ей по лицу. Бокан сбил её с ног и пнул в живот. А потом добрался до меня. Я пытался драться, но скорости уже не хватало. Нога немела, я почти не мог идти.

Но шёл. Достану и убью, кем бы ты ни был. Я вернулся после поражения, вернулся, когда все думали, что я умер десятки лет назад. Я вернулся и победил всех. И даже ты меня не остановишь.

Цепи врезались в стену и подтянули меня к нему. Барьера не было, я зарядил ему по зубам, но он выдержал. Ещё укол, в плечо, до кости. Цепь на левой руке пропала. Я ударил огнём из правой.

А он приложил меня потоком ветра. Я отлетел назад и проехал по полу, собирая мусор.

А вот теперь… вот теперь пришла настоящая боль. Цепей больше нет. Только револьвер на поясе. Достал его, но Бокан переместился ко мне и выпнул его у меня из рук, отбивая пальцы.

— Зря я тебя достал, — сказал он. — Но ничего. Мы оба с тобой достояние истории. Вот только ты останешься в прошлом, а я продолжу. Где он?

Он рванул мундир у меня на груди. Искал амулет. Не нашёл. На лице, на котором осталось полно ожогов от наших атак, явно читалась ненависть.

— Там была последняя душа, — продолжил Бокан. — Душа палача. Заберу её и всё. Вот тогда всё наладится. А то вас нельзя оставить одних на каких-то сто лет. В такое дерьмо превратили мир, который я строил половину тысячелетия. Это моя земля, ты понимаешь?

Он снова призвал копьё. Катерина кашляла, удар ей достался сильный.