Один из выживших солдат, из гвардейцев Огрании, с жуткой раной на лице, запустил сигнальную ракету. Почти всё скрылось в дыму. Бокан легко взмахнул рукой, и стрелка с огромной силой рвануло вперёд, насаживая на копьё.

— Придурок, теперь из-за дышать нечем, — пожаловался Бокан. — Теперь…

— Варга! — проорал умирающий гвардеец ему в ухо.

На пол что-то упало. Увидев, что это, я кинулся к поднявшейся Громовой и всем своим весом снова её опрокинул, закрывая ей уши. Только не вставай. Она что-то крикнула, открывая рот, я тоже его открыл.

Сейчас будет громко. Ведь на пол упало колечко от гранаты.

Грохот был хуже всего, в два уха сразу. Звон, который никак не проходил, жжение на спине. Это от жара, не от осколков. Надеюсь, что не от осколков.

Зараза! Он выжил. Бокан откинул от себя то, что осталось от гвардейца, и посмотрел на нас. Только лицо, и то, это чужая.

Начали стрелять другие выжившие. Трое из почти полутора десятков. Звуки выстрелов я услышал не сразу, до этого звон и вата в ушах мешала хоть что-то понять.

Он нападал. Перемещение и удар. Ещё раз. И ещё. Остался один гвардеец, самый молодой, из старых имперских стрелков. Возможно, даже знал того, кто раньше был в моём теле.

— Уведи её, — проорал я, не зная, слышит он меня или нет.

Поздно, копьё настигло и его. Я же смог продолжить атаку.

Взмахи цепей поднимали обрывки бумаги и поджигали. Видно плохо, дышать нечем, сигнальный дым и обычный густо покрывали всё помещение.

Он отбивался барьером. Редкие трещины в нём тут же зарастали. Новое молодое лицо у Бокана в крови. Но для взрыва гранаты в упор это слишком мало.

— Да угомонись ты уже, — не выдержал он. Его голос я слышал ясно. А бил я, ориентируясь по его глазам, они ярко мерцали в дыму. — Когда ты уже сдохнешь.

Не перемещается. Даже если он как-то поглощал свечи и силу в них, он не может показывать свои фокусы вечно.

Я наступал. Вскоре прибудет подкрепление, когда снаружи стихнет метель, но он слишком силён для них. Просто перебьёт всех. Надо прикончить его раньше. Взмах, ещё один."

"Есть! Цепь прошла через барьер и стегнула его по голове.

Ещё раз. Он уставал. Но и я тоже.

Удар древка сбил меня с ног. Он размахнулся копьём, чтобы пронзить меня, но я успел откатиться. Копьё проскрипело, процарапав бетон. Цепь на левой руке исчезла, на правой вот-вот пропадёт. Нужно хоть немного времени.

— Ты меня достал! — не выдержал он. — Для чего я предложил старику достать тебя из той тюрьмы? Да чтобы ты или прибил его с его отродьем, или…

— Да оставь ты нас в покое!

Красная ветвистая молния ударила Бокана в бок, прожигая его мундир аж до бледной кожи на теле. Следом ударил кусок льда размером с голову, заставляя его отойти.