Я больше не могла сдерживаться, повернула голову и прижалась губами к его груди. Он вздрогнул и открыл глаза. Я протянула руку и погладила небритый подбородок, коснулась его губ, обвела дрожащим пальцем их контур. От неприкрытого желания в его глазах горячая волна прошла по моему телу. Алексей глухо произнёс:

— Ты понимаешь, что делаешь?

Мне было очень страшно и одновременно нестерпимо хотелось убрать все барьеры между нами. Ощутить, как ритм его сердца становится моим ритмом, как моё дыхание смешивается с его. И я кивнула.

— Ты уверена? А как же болезнь?

— Мне всё равно, — прошептала я. А он, тут же забыв про все сомнения, завладел моими губами. Его жадный поцелуй мгновенно смёл мои страхи и освободил лишающую рассудка страсть.

Алексей на секунду отстранился, помог стянуть футболку и крепко прижал меня к себе. Наконец я чувствовала всё его тело, и нас ничего не разделяло. Он перевернул меня на спину и склонился надо мной. Каждый сантиметр моей кожи трепетал под его жаркими поцелуями, его ласки доводили меня до исступления. И не было для меня сейчас ничего важнее его рук и губ. В нашей вселенной мы были только вдвоём. Оставалось лишь войти друг в друга и стать одним целым.

45

Я пишу продолжение своего дневника в маленькой холодной келье женского монастыря недалеко от нашего города. Дневник — единственное, что я захватила с собой из клиники. Вырвала страницы и спрятала их в одежде. Прошла уже неделя после моего побега, скоро должен приехать Андрей Петрович."

"Его план сработал, у нас всё получилось. Пожар произошёл в нужное время и повредил именно те помещения, которые и должен был. А я покинула больницу в багажнике машины моего доктора. Он высадил меня недалеко от монастыря и велел идти туда и проситься пожить у них, пока он за мной не приедет.

Ещё раньше я спросила, а как же тело, которое должно остаться в моей комнате? Андрей Петрович усмехнулся и сказал, что у него много связей. И в морге в том числе. Невостребованные трупы встречаются, к сожалению, достаточно часто. Он снял с меня крестик на цепочке и забрал пижаму. Опознание будут проводить по этим вещам.

***

Я проснулась одна в кровати. Лежала и думала: вот и пришло время ему всё узнать. После того, что произошло, иллюзий у него не останется. Я понимала, что выдаю себя, но уже не могла ничего контролировать. Собравшись с силами, поднялась, накинула одежду и отправилась искать Алексея.

Он был в гостиной, сидел на диване, уставившись в пространство. Когда я вошла, даже не пошевелился. Я остановилась у двери. Пару минут Алексей не нарушал тишину, быть может, ждал, что я скажу. А я пыталась найти подходящие слова, но он меня опередил.