«Да это же запасной выход из бункера повстанцев!» — догадалась я.

Похоже, от базы тянулся длинный, в несколько километров тоннель, по которому преступники могли уйти в случае опасности. И вот же треклятое совпадение: заканчивался этот тоннель здесь, рядом со мной!

Я вздрогнула, увидев, как из темного отверстия в земле на поверхность выбирается человек. В руке незнакомца угадывались очертания пистолета.

Вооружен!

Вот же черт!"

"Холод сковал легкие, я замерла рядом с деревом, у которого справила естественную нужду, боясь пошевелиться и выдать свое присутствие. Несмотря на занимающийся рассвет, в лесу, под кронами, все еще было темно. Я цеплялась за надежду остаться незамеченной. Хотела спрятаться в этом сумраке.

Но мужчина повернул голову, и по несчастливой случайности его взгляд упал на меня. И тут же рука с пистолетом поднялась. Черное пистолетное дуло заглянуло мне прямо в душу.

— Имперская тварь, — прошипел повстанец и шагнул вперед, сминая под ногами опавшие осенние листья. Я попятилась, огибая дерево.

— Стоять, сука.

Я остановилась. Спорить с вооруженным человеком даже не пришло в голову.

— Куда высадились птички? — прошипел он, потрясая стволом в воздухе.

— Джеты?

От страха горло сдавило спазмом, и каждое слово приходилось буквально выталкивать из себя.

— Джеты. Где они?

Стараясь не паниковать, я кивнула в сторону поля.

— Сколько?

— Пять.

— Кто-нибудь остался там, кроме летчиков?

Я покачала головой.

— Повернись. Ну! Слышишь? Живее!

Когда в голову направлено дуло пистолета, остается только выполнять приказы того, кто держит в кулаке твою жизнь. Я переступила с ноги на ногу и начала медленно поворачиваться.

«Агент, где ты?»

Колени обмякли, суставы превратились в пластилин.

«Воспользуйся своим даром».

Мысль была подобна вспышке молнии в небе. Увидев в руках мятежника пистолет, я растерялась и совсем забыла о том, что способна себя защитить, тоже обладаю своего рода оружием.

Прислушиваясь к шороху листьев под ногами приближающегося повстанца, я разворачивала свою магию.

«Ты спокоен. Ты вял, — мысленно внушала я ему. — Твои веки тяжелеют, глаза закрываются. Ты хочешь спать. Чувствуешь себя усталым. Женщина рядом совсем тебе не интересна».

Шаги становились громче, но ленивее. Я чувствовала, как злость в груди повстанца затихает, сменяется безразличием.

«Вот так, вот так, ты просто хочешь уйти. Опусти пистолет, он тебе не нужен».

В какой-то момент я поверила в то, что смогу справиться с угрозой самостоятельно. Но стоило подумать об этом, и меня захлестнули чужие эмоции, как чашу наполнили до краев. Ненависть. Вспышка ослепительной ярости.

— Не лезь в мою голову, сука! — раздалось прямо за спиной, совсем близко.

И левый бок обожгло болью.