— Замерзла? — появившись из-за деревьев, любимый обнял меня со спины и вложил мне в руки местный аналог термокружки. За тринадцать лет Эль ничуть не изменился, ни капли не постарел, хотя рождение дочерей запустило его биологические часы.

Ни одна новая морщинка не осквернила и мое собственное лицо. Благодарить за это следовало мертвый цветок. Десять лет назад, боясь постареть и стать для мужа непривлекательной, я втайне от Эля выпила сок Куа-да-нэ. Эльфийскую магию он во мне, разумеется, не пробудил, зато чуть не отправил на тот свет. Три дня агонии. Три дня лихорадки и душераздирающих криков боли. В Ильмаре не нашлось второй Ала-Ины, чтобы облегчить мои муки. Зато, пройдя через ад, я обрела вечную молодость.

Но как Эль ругался! Как он кричал! Бледный, испуганный, с трясущимися руками. Когда после долгих дней боли я наконец пришла в себя, супруг сначала порывисто меня обнял, затем разорался и вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью. Всегда сдержанный, он впервые психанул, да так сильно, что даже ночевать ушел в соседнюю спальню.

— Ты могла умереть!

— Но ваши дети же не умирают.

— Ты не эльфийка! Кто знает, как действует сок Куа-да-нэ на людей!

— Успокойся, все закончилось хорошо.

— А если бы я тебя потерял!

— Не потерял же!

Он не разговаривал со мной целый день, а потом мы занимались любовью в душе, на кухонном столе, в коридоре у парадной двери и даже на лестнице, ведущей на второй этаж. И совсем забыли про «Дар Богини» — цветок, лепестки которого эльфийки жуют перед близостью, чтобы не забеременеть.

Впрочем, Эль давно мечтал стать отцом.

— Никак не могу привыкнуть к вашим морозам, — призналась я, нежась в объятиях мужа.

— А к новому миру? — он поцеловал меня в макушку и крепче прижал к себе, согревая.

— Иногда мне кажется, что прежнего мира никогда и не было. Ни базы, ни плена, ни Арагорны с ее шикарными пляжами.

— Скучаешь по шикарным пляжам? В драконьей долине есть горячие источники. Купаться там можно и зимой. Слетаем? Пегас нас донесет.

— Как ты попал в лапы Совета?"

"Сама не знаю, зачем задала этот вопрос. Наверное, он вырвался, потому что я уж очень часто об этом думала, но боялась спрашивать, бередить старые раны. За тринадцать лет брака мы ни разу не поднимали тему плена.

Эль замолчал. Он молчал так долго, что я успела пожалеть о своем любопытстве.

— Меня обманули, — наконец заговорил любимый. — Один из ваших волшебников каким-то образом попал в Ильмар и прожил здесь долгое время. Мы успели подружиться. Он был умным, честным, благородным мужчиной. Он нашел способ вернуться домой, но обещал, что ни один человек не узнает, как попасть сюда. Что тайну прохода он унесет с собой в могилу. А потом, спустя много лет, в Ильмар явился чужак, умоляя о помощи.