Вся моя многочисленная родня, проживающая здесь же, в Факарте, небольшом городке с населением всего в десять тысяч жителей, от которого до Хантума три часа полета на флаере, так или иначе была связана с заповедником. Кто-то занимался наукой, кто-то работал инспектором, тетя Руфина водила экскурсии, а бабушка Гера числилась художником-оформителем. Рисовала она при помощи красок и кистей, а не планшета, за что давно прослыла чудачкой.

Не то чтобы моя семья против технологий, в том же научном отделе заповедника, где работает дядя Джен, без них никак, но вот если можно обойтись… Тетя Руфина лучше возьмется за венчик вместо блендера, а мама с удовольствием сделает пирог из вишни, собранной у нас в саду, параллельно хвастаясь, какие у нее выросли знатные овощи на грядках.

Я, наконец-таки, нашла вазу, налила из-под крана воды и поставила в нее цветы. Сладкий аромат еще сильнее поплыл по комнате, даря привычный уют.

– Мама, может, все же я помогу? – в который раз поинтересовалась за этот день.

Семья, решив, раз праздник в мою честь, отстранила меня от приготовлений, и я маялась непривычным бездельем.

– Сами управимся. Ты чемодан с сумками перепроверила? Вылет завтра в восемь, – отмахнулась встречным вопросом от моего предложения мама.

– Все готово, – улыбнулась я.

Вещи мы собирали почти неделю, то убирая что-то, то добавляя, и только вчера закончили, с облегчением выдохнув. Никогда не думала, что это так хлопотно! Впрочем, из Факарта больше, чем на пару дней на школьные экскурсии, я никуда не ездила. Несколько раз родные порывались на каникулы отправить меня на отдых на море или в горы – покататься на лыжах, но я отказывалась. Мне было хорошо здесь, со своей шумной и любящей семьей, а развлечения я себе спокойно находила в заповеднике, по возможности помогая отцу.

– Тогда иди наряжайся, – велела мама, поправляя выбившийся из прически каштановый локон, и бросила взгляд на часы.

Нахмурилась.

– Леон что-то задерживается…

– И не звонил? – поинтересовалась я, зная, насколько отец ответственный.

– Он сегодня лиар дома забыл, – вздохнула мама, вытаскивая из шкафа белоснежную скатерть, собственноручно расшитую цветами.

– Хочешь, схожу к нему? – нашлась я. – Ну, или встречу, если он уже в пути. Папа же всегда одной дорогой ходит, точно не разойдемся.

– А как же приготовиться к празднику? – возмутилась тетя Руфина.

При всей своей любви ко мне, она не одобряла мое пренебрежительное отношение, когда дело касалось наведения красоты.

– Успею, – отмахнулась я. – Вы главное – сами найдите время переодеться.

Тетя как-то обреченно вздохнула, смотря на меня, но ничего не сказала. Я чмокнула маму в щеку и вышла на крыльцо, вдыхая запахи уходящего лета – спелых яблок и ранних астр.