А то, мне кажется, он слишком уверен в том, что я от него никуда не денусь.

— Разве? — делаю вид, что не понимаю, о чем он.

Леша слегка отстраняется от меня и обводит взглядом. Хмурит брови.

— Наташ, ну что это за трусы на тебе?

— Это шорты.

— Это трусы, едва прикрывающие ягодицы, — заявляет с претензией. — Мне не нравится, что ты ходишь так по улице.

— А что такого?

Кажется, Леша всерьез разозлился, и моя комедия сейчас совсем не к месту. Мигом серьезнею.

— Хочешь, я расскажу, о чем думают мужчины, когда смотрят на тебя в таком виде?

Я молчу. А Алексей тем временем продолжает:

— Они представляют, как нагибают тебя сзади и.

..

— А откуда ты знаешь, о чем они думают? — не даю ему договорить и упираю руки в боки. — Сам думаешь об этом, когда смотришь на посторонних девушек в шортах?

— Не переводи тему.

— Я не перевожу тему. С чего ты взял, что мужчины думают обо мне что-то подобное?

Леша закатывает глаза, обреченно выдыхая.

— Просто впредь больше так никогда не одевайся. Это в первую очередь опасно. На улице полно придурков, которые могут затащить девушку в переулок и что-то с ней сделать.

Я не слышу его последние слова.

Я завелась, и меня уже не остановить. Мозг тут же подсовывает мне картины того, как Алексей смотрит на прохожих девушек в шортах и хочет их нагнуть.

— И часто ты пялишься на девушек на улице!?

— Садись в машину.

Он отрывается от капота и подходит к водительской двери. Спокойно залезает в салон.

Трясясь от негодования, я залезаю на переднее пассажирское.

— Ну так и часто ты пялишься на девушек в шортах!? — продолжаю допрос, пока он заводит мотор и трогается.

— Каждый день, — спокойно отвечает. — Сейчас же лето.

На секунду я теряю дар речи от услышанного.

— То есть, ты смотришь на девушек в коротких шортах!?? — переспрашиваю.

— Конечно, смотрю. Я же не слепой. — Он останавливается на светофоре и поворачивает голову ко мне. — Я понимаю, ты хотела бы, чтобы я был безработным слепым девственником, но это не так. У меня есть работа, у меня хорошее зрение и были девушки до тебя.

Возмущение сковало мне горло, и я не могу вымолвить ни слова. Открываю и закрываю рот, как рыба.

И вдруг чувствую, как горячие слезы текут по щекам.

— Ууууу, — Леша тянет и возобновляет движение. — Началось. Ну давай, побейся еще головой о бардачок или об окно.

От его саркастичных слов мне становится еще хуже. Я падаю лицом в ладони и начинаю всхлипывать. Леша не пытается меня успокоить, не извиняется, не переводит разговор в шутку, отчего мне становится еще хуже.

Я поднимаю лицо, только когда он тормозит. С удивлением обнаруживаю, что мы стоим у моего дома в Москве.

— Зачем ты привез меня домой?

— За тем, чтобы ты пошла домой.

Я достаю из сумочки сухие салфетки и вытираю щеки.

— Мы не поедем на яхту? — спрашиваю севшим от слез голосом.